Книга Красный Нарцисс, страница 94 – Елена Леонова

Саблин глубоко вдохнул морозный воздух и направился к одному из домов.

— Где мы? — не выдержала Дина, догнав его. — И почему именно здесь?

— Я узнал его, — ответил следователь, притормаживая. — Травматолога. На фото. Это сосед Филиппа.

Брови Максимовой поползли вверх.

— Сосед Смирнова? — удивилась она.

— Да. Я видел его, когда был здесь в отпуске. Он заходил к Филиппу.

Вопросов у Дины появилось миллион, но сейчас, само собой, не время для них.

Они подошли к дому. Свет в окнах не горел, свежих следов на участке не видно. Саблин подошёл к двери и постучал.

— Ершов! Это полиция! Открывайте!

Часть оперативной группы окружила дом. Слышалось лязганье оружия и топот.

Следователь постучал ещё раз. Сильнее. Тишина. Он дёрнул ручку, и дверь открылась. Они с Максимовой вошли в дом. Внутри было холодно и пусто. Следом ворвались оперативники, начиная тщательно осматривать все комнаты, но Саблин уже знал: убийца ушёл.

Старый пикап нёсся, прокладывая себе дорогу сквозь бескрайнюю пустыню. Пыль, поднятая колёсами, густым облаком висела в раскалённом воздухе.

Спустя час, наконец, вдали показался силуэт.

Сначала лишь неясное пятно на фоне голубого неба, но по мере приближения оно становилось всё чётче и величественнее. Каср аль-Фарид.

Автомобиль остановился. Филипп выскочил из кузова. Араб, буркнув что-то неразборчивое, развернул машину и, оставив за собой песочное облако, исчез в направлении горизонта.

Писатель остался один.

Он стоял, заворожённый, перед древним чудом. Каср аль-Фарид, название которого переводится как «Одинокий замок», возвышался, словно выросший из самой пустыни, и был сравним по размерам с современным четырёхэтажным домом. Огромная каменная гробница, высеченная в скале, поражала своей монументальностью и изяществом. Солнце окрашивало песчаник в тёплые золотые тона, подчёркивая каждую деталь и линию, сотворённую руками древних мастеров.

Смирнов был потрясён. Все его исследования, все прочитанные книги, все фотографии не могли передать и доли того величия, которое он лицезрел сейчас: архитектурное сооружение, свидетельствовавшее об ушедшей эпохе, застывшей в камне.

В этот момент Филипп забыл о пережитом ужасе, о преследователях, о голоде и жажде. Сейчас он чувствовал себя просто историком, стоявшим перед древним чудом. В его сердце рождалось благоговение перед величием прошлого. Всё не зря. Он нашёл то, что искал.

Писатель медленно пошёл к гробнице. Каждый шаг, казалось, отдавался эхом в тишине пустыни, нарушаемой лишь тихим шелестом ветра. Подойдя ближе, он всматривался в каждую деталь. Изящные высокие колонны, высеченные прямо из скалы, поддерживали массивный фасад, украшенный изысканной резьбой и демонстрирующий влияние на архитектуру строения различных культур — эллинистической, римской и местной набатейской. Верхняя часть фасада была увенчана характерным восточным карнизом с зубчатым орнаментом и лестницами. Поражало то, что весь фронтон состоял из невероятно прямых линий, идеально ровных и правильных, тогда как остальная часть сооружения являлась обычным неровным камнем — по бокам, с обратной стороны скалы и над фасадом. Создавалось впечатление, что гробницу когда-то вставила в песчаник рука мифического гиганта.