Книга Лисий Омут, страница 45 – Елена Леонова

Саблин, закурив в открытое окно, смотрел на мелькающие сквозь туман деревья. Он размышлял об усадьбе, которую вскоре предстоит увидеть. «Лисий омут» – название казалось ему как раз для места со зловещей репутацией, окутанное слухами, идеальное пристанище для чего-то тёмного и скрытого.

Уазик внезапно вздрогнул всем корпусом, словно старая лошадь, упрямо пробиравшаяся сквозь бурелом. Дорога, а точнее, то, что от неё осталось, представляла собой череду глубоких рытвин. Машина то с грохотом подпрыгивала, рискуя оставить где-нибудь в яме глушитель, то вновь начинала ползти еле-еле, с трудом преодолевая вязкую жижу, грозящую поглотить колёса.

— Здесь, наверное, со времён царя Гороха никто не бывал, – со смешком пробормотал Карлов, вцепившись в ручку двери. – Раньше, может, и был нормальный проезд, но сейчас… Заброшенное место, заброшенная дорога. Придётся крюк делать, мимо водохранилища, а потом опять лесом.

Саблин, сидевший на заднем сиденье, внимательно изучал капитана, раздумывая, задать вопрос или нет.

— Егор Михайлович, – решился он, – а почему вы, когда искали Можаева, усадьбу не проверили?

Капитан бросил на него быстрый взгляд.

— А зачем? Какая связь?

— Ну, тело нашли недалеко, в этом же лесу. Кроме Черногорки, здесь только усадьба. А Можаев инженер, вдруг ему заказали провести там реконструкцию?

Егор Михайлович отмахнулся.

— Да бросьте, Алексей. Усадьба на балансе заповедника, никто там самодеятельностью заниматься не будет. Государственная же собственность. Да и смысла нет. В такую глушь просто так не доберёшься, если не знаешь, куда ехать. И делать там нечего.

Телефон Карлова зазвонил. Он выслушал короткое сообщение, ответил парой фраз и, убрав мобильный, помрачнел.

— Нам срочно нужно будет вернуться в город.

— Что случилось? – спросил Саблин.

— Какая-то бытовуха с летальным исходом. Надо разобраться.

— Ничего страшного. Высадите нас у усадьбы. Мы там осмотримся, а потом пришлите за нами машину.

— Добро, – согласился капитан.

Автомобиль выехал на берег водохранилища, а затем, преодолев пару километров, вновь свернул в лес, где вскоре вдалеке среди деревьев начали проглядывать очертания внушительного строения, а над верхушками елей замаячил острый шпиль башни.

Наконец, завершив последний поворот, машина выехала на просторную поляну, и взглядам следователей открылась усадьба. Максимова, поражённая видом, замерла. Перед ней возвышалось огромное двухэтажное здание из светлого, но потемневшего от времени камня, с массивной, придававшей строению сходство со старинным готическим замком башней, со стройными колоннами на крыльце, с высокими окнами и пристроенной прямоугольной оранжереей. Однако пребывала усадьба в плачевном состоянии: заросла травой и кустарником, фасад облупился и померк, а камень местами покрылся трещинами. Но, несмотря на это, общий облик оставался солидным, напоминая европейское поместье, как и описывал Осип Андреевич.

У стен усадьбы следователи заметили две припаркованные машины.

— Чёрт возьми! Почему здесь люди?! – возмутился Карлов.

УАЗ остановился у парадного входа, и офицеры вышли. Из усадьбы им навстречу появилась молодая женщина. Её волосы цвета спелой вишни были подстрижены до плеч и аккуратно уложены, а яркое жёлтое пальто выделялось на фоне серого камня.