Книга Узел, страница 4 – Оксана Сергеева

Полька заливается пунцовой краской и смотрит то на отца, то на мать, ища поддержки. Но поддержки не будет. Ни отец, ни мать не будут меня одергивать. Папочка решил подложить себе салата с тунцом, мамочка вдруг заинтересовалась дизайнерскими светильниками. Лицемеры гребаные. Я, наверное, тоже лицемерка. Знала, чем это все закончится, и все равно пришла.

Знаю, зачем пришла…

— Дём, скажи, пусть пальто принесут, мне пора.

Мне приносят пальто, я радостно прощаюсь с захмелевшей родней и спешу на улицу.

— Я тебя провожу.

Демьян упрямо тащится за мной. Стены ресторана его пока спасают, но как только мы оказываемся за их пределами, я спускаю на него всех собак:

— Отстань ты от меня, видеть тебя не хочу!

— Настя, столько лет прошло, а ты до сих пор меня ненавидишь. Ну, прости…

Он пытается быть вежливым, пытается взять меня за локоть и поддержать, чтобы я не поскользнулась на подмерзшем асфальте, но я отбрасываю его руку.

— Простить? — Меня сейчас на куски разорвет. — За что? За то, что ты мне жизнь испоганил?

— Могу я что-нибудь для тебя сделать?

— Можешь! Исчезни! Мне было бы гораздо легче жить, если бы ты, после всего, что сделал, просто исчез из моей жизни. Испарился! Но ты не исчез! Ты, отморозок, женился на моей сестре, а она, дура отмороженная, согласилась. И вот вы живете и строите из себя приличную семейку. Как баба оргазм имитирует, так и ты, Демьян, имитируешь семью! Только бабы стонут. А ты уже даже не стонешь и не дергаешься. — Точно. И сама удивляюсь своему сравнению, будто слышу его со стороны. Я ж буквально в лицо ему плюю, а он стоит — обтекает. — Ну что ты за мужик, — кривлюсь от омерзения, — и ты такой всегда был. Поэтому я не с тобой. Ты даже галстук носишь… ты или сними его совсем, или затяни нормально! — Поддаюсь своему порыву, хватаю его за галстук, затягиваю тот на шее до упора. Мы неприлично близко друг к другу, Демьян, наверное, от радости в штаны кончил, а я смотрю ему в лицо и вижу тонкий шрам на его щеке. Шрам скрывает щетина, но я знаю, что он там есть. — Если когда-нибудь от меня будет зависеть сдохнуть тебе или выжить, ты сдохнешь. Я тебе клянусь. Если это будет зависеть от меня, ты сдохнешь. — Отталкиваю его, и он, пошатнувшись, отступает.

— Просто я любил тебя, а ты не поверила.

— Я тебе тогда не поверила, я тебе и сейчас не верю. Никого ты не любишь. Ты просто заигрался. Вы все — заигрались. — Открыв дверцу джипа, я уже собралась сесть за руль, но глянула на Демьяна снова. — Слушай, у тебя есть любовница? Может, тебе завести? Не-не, я не про себя. Меня ты трахнешь, только если я мертвая буду. Мой совет: заведи себе девку.

Он рассмеялся нетрезво и отрывисто.

— Серьезно, — иронично улыбаюсь, — ты будешь трахать свою шлюшку, Полька будет это понимать, будет тебя долбить. Ты будешь виниться, вымаливать прощение, покупать ей всякую дорогую х*йню… Вы здорово заживете! Станете настоящей семьей, вас, наконец-то, хоть что-то объединит, кроме меня. Давай, подумай, — смеюсь, заводя машину.

Полька бы рвала и метала, слыша мои слова, она думает, что я ее люто ненавижу. Но это не так. Она мне не враг, это не ее война. Не наша с ней. Полина заложник обстоятельств, но мне ее не жаль. Совсем не жаль, потому что только грандиозно тупая дура могла в такое вляпаться.