Книга Нарушая дистанцию, страница 89 – Элла Савицкая

Левой рукой надавливаю на бедра, впечатывается в себя промежностью. Поймав воздух ртом, она вжимается в меня сильнее губами. Жадно и судорожно вдыхает.

— Целуй, — требую, сдавливая бедренную косточку и давя одновременно снизу так, чтобы она задрожала.

Острый язык послушно ныряет в мой рот, вырывая из меня сиплый стон.

Ира запускает в мои волосы пальцы, и царапнув ногтями по затылку, стягивает.

Мммм, как я от этого тащусь.

Тягучее возбуждение опоясывает пах, молекулы в клетках разгоняются как невменяемые.

Нетерпеливо расстегиваю пуговицу на ее джинсах. Ира опирается на колени, пока я с нее их снимаю.

Не разлепляя губ, приспускаю и свои штаны.

— В бардачке презервативы, — вылетает из меня судорожно.

Перегнувшись назад, Ира дрожащими пальцами давит на сенсор. И пока роется в бардачке, я глажу низ ее живота и бедра. Задеваю пальцами клитор, от чего она дергается и вернувшись, сама спешно разрывает фольгированный пакетик.

Пара мгновений и мы протяжно стонем, когда я опускаю ее на себя.

Член туго обхватывают горячие стенки, моя стерва всхлипывает.

Нас срывает одновременно. Целуясь, мы яростно врезаемся друг в друга. Она насаживается сверху, а я вбиваюсь в нее снизу.

Обняв за талию обеими руками, прижимаю к себе, в желании не просто проникать в нее физически. Мог бы, врезал ее в себя так, чтобы уже не разделить нас было.

Награждая меня стонами, Ира прикусывает мою шею. Отчаянно взвизгивает, тянет за волосы.

— Ох, Боже, — шепчет, когда по ее телу идет первая предоргазменная волна.

Перехватываю ее голову и сжимая щеки, заставляю смотреть на себя. Тонкие брови выгибаются, глаза закатываются. Она хватается за мои руки, тянется к губам за поцелуем.

Но я отстраняюсь. Удерживаю в миллиметре, затрахивая ее с громкими шлепками. Напряжение несется по венам, мышцы горят, оргазм на подходе.

Она снова тянется ко мне, но когда я, почти поцеловав ее, на миллиметр отстраняюсь, рассерженно выдает:

— Никита!

Ммм. Да!

Только теперь целую. Захватываю пухлые губы своими, отпуская себя.

Кончаем одновременно.

Долго, мучительно сладко. Срываясь в пульсацию и затаив дыхание.

Тело расшибает так, что дышать сразу не получается.

От скопившегося напряжения, подрагивают мышцы.

Расслабленно откидываюсь на спинку. Ира обессиленно падает на меня. Накрываю курткой ее голые ноги и переплетаю наши пальцы. Прижав ее к себе, варюсь в тягучей медовой неге.

— Это не совсем похоже на секс без обязательств, — слышу, как улыбается.

Пальцы не расцепляет, а наоборот, как будто сама сжимает крепче.

Мои губы тоже плывут в улыбке:

— Мне так больше нравится.

Ранний подъем после ночи с алкоголем — не самое лучшее, о чем может мечтать человек в тридцать лет.

И пусть алкоголя было немного, но сейчас меня страшно сушит, а в висках неуёмно стучит.

Мда, помню, когда в двадцать в академии мы устраивали попойки, а утром свежие шли на пары. Где то время? Где мой здоровый организм?

Знаю, что это всего лишь утреннее нытье, и чувствую я себя так не из-за того, что мне тридцать, а потому, что моя печень в принципе не привыкла к коньяку, вот и выдаёт отравление в виде недовольства и отвратительного состояния.

Потянувшись за телефоном, который лежит на полу, обнаруживаю, что уже пол седьмого.

Чёрт. А ведь еще надо заехать домой, принять душ, переодеться. И самое главное — покормить Герду. Если я этого не сделаю, вечером королева сожрет меня прямо на пороге.