Книга Неблизкие, страница 91 – Элла Савицкая

Я даже не сразу нахожусь с ответом. Это мама его оправдывает сейчас?

— Но он мне — нет.

Вижу, как ей тяжело даётся принять этот факт. Не будь рядом Максима, она скорее всего даже начала бы меня убеждать в том, что я ошибаюсь.

— Значит так, Лиза. Я сейчас уйду. Но ты хорошо подумай хочешь ли ты связывать свою жизнь с человеком, за которого тебе придется постоянно переживать. А потом, в случае чего, еще и долги его выплачивать.

Развернувшись, мама уверенным шагом идет к выходу. С громким хлопком двери я вздрагиваю и закрываю лицо руками. Зажмурившись, чувствую на щеках слезы, а внутри опустошение.

Из меня будто все силы вытянули.

Чувствую слабость, но Макс обнимает меня за талию и прижимается губами к виску.

— Я не знаю, как ты столько лет её выдерживаешь.

Поворачивает меня в своих руках, а я, ощутив поддержку, всхлипываю и утыкаюсь ему в грудь носом. Меня трясёт, от обиды хочется реветь еще сильнее.

— Мама так просто не успокоится, — говорю то, что жутко меня пугает.

— И что она сделает? — разведя мои руки в стороны, Макс стирает с моих щек слезы. — Она ничем не апеллирует, кроме угроз. А по поводу того, что меня приводили в полицию. Да. Приводили. Компания, сайт которой я взломал — это компания бывшего мужа моей Алёнки. Он угрожал ей, хотел забрать Ришку. Пришлось действовать своими методами, чтобы осадить мудака. Ты мне веришь?

Судорожно киваю.

— Ну конечно.

Максим не из тех, кто будет ломать сайты ради наживы. Он не такой, и мне достаточно было месяца, чтобы этого понять. Почему только мама вбила себе в голову противоположное?

— Твоя сестра не говорила этого Борису?

— Нет. Отец разосрался со всеми, когда изменил матери. На её защиту встал мой дядька. Дядь Вова, несмотря на то, как поступил отец, поддержал нас. Отец конечно, не понял этого. Короче, вышло так, что с семьей дяди общаемся мы с матерью, но не его собственный брат.

— Это ужасно….

— Как есть.

Вздохнув, я опускаюсь на диван. Макс садится передо мной на корточки. А мне так обидно за него. Мама жутко несправедлива. Она даже не знает какой он, и так сильно его обижает.

Протянув руки, накрываю его слегка колючие скулы и трепетно глажу их большими пальцами. Макс на миг прикрывает глаза.

— Обещай не переживать, Лиз. И не бояться. А еще если твоя мать решит действовать через тебя и как — то угрожать, сразу говори мне, ладно?

Кивнув, упираюсь в его лоб своим.

Не хочу, чтобы с Максимом что — то случилось. До одури боюсь этого.

— А ты обещай, что не будешь сейчас заниматься своим хакерством, ладно? Ради меня.

Усмехнувшись, Макс стаскивает меня к себе на пол, заставляя сесть на него.

— Ради тебя я сделаю всё, стесняшечка.

— Я пересеклась с этими девушками. Их вызвали в деканат как раз, когда я была у Геннадия Владимировича, — говорит Анна Дмитриевна, мама Максима.

Я стою у окна, безучастно наблюдая за снующими на улице прохожим и не рискуя влезать в диалог Макса с его мамой.

— И? — спрашивает он.

— Сказали, что ничего об этом не знают. Впервые слышат. А тебя назвали отзывчивым, добрым парнем. Правда, когда они отошли дальше, одна из них шепнула, что нужно тебя предупредить.

— Я в курсе. Они мне звонили.

— Значит, это правда? И ты действительно подставил того преподавателя?

— Я не подставил, мам. Я можно сказать, обезопасил всех студенток в универе от похотливого мудака. Не все решаются кому-то жаловаться. Люди разные. Девчонки так тем более. Есть такие заучки, которые себя боятся, и ты думаешь они пойдут к ректору или в полицию?