Книга А я заставлю!, страница 54 – Элла Савицкая

— Садись давай. А то остынет, — вывернувшись из моих рук, она ставит на стол овощной салат и еще раз сверкнув подозрительной улыбкой, подталкивает меня к моему стулу.

Что-то внутри меня щелкает в ответ на эту учтивость. Присматриваясь к суетящейся вокруг Злате, я пытаюсь понять чем вызвано это подозрение. Достав из бара бутылку бренди, она наливает мне его в стакан. Свой наполняет соком. Учтиво кладет передо мной вилку и даже полотенце расстилает на колени.

Та-а-ак. К чему-то мы явно идём. Она не была такой няшкой даже когда ей жить негде было. Что же сподвигло на подвиги сегодня?

— Может, ты сядешь?

— Да, уже сажусь, — плюхнувшись на рядом стоящий стул, отрезает мне от курицы ножку и кладёт на тарелку. Рядом накладывает картошку, — ты кушай-кушай, голодный, наверное.

— Голодный, — не отрицаю, потому что до самого вечера не вылезал из кабинета.

И решив, что причины такого её ангельского поведения узнаю позже, нападаю на ужин. Я уже знаю, что готовит Злата отменно, поэтому не получить гастрономическое удовольствие просто невозможно. Что я и делаю.

Да, домашние ужины однозначно не сравнятся с ресторанными, как бы там не старались владельцы звезд Мишлена.

Раздобренный и уже готовый к чему бы то ни было, откидываюсь на стул и складываю на груди руки.

— Ну, теперь давай. Почву ты подготовила, сей семена.

— Ты о чем? — хмурится Злата, дожевывая последний кусок курицы.

— Ну, не просто же так ты мне мило улыбаешься, — говорю с ухмылкой, — Ладно уж, теперь я готов и подарки детям сделать и жить тебя здесь оставить на как можно дольше. Ты же об этом хотела поговорить?

На самом деле я и сам уже задумывался о том, что после праздников Злату никуда не отпущу. Она хоть и не в курсе, но дед звонил и сказал, что приехать они с бабушкой не могут. Их позвали на праздники заграницу, поэтому ждать их в гости было совершенно не обязательно и Злата могла съехать еще несколько дней назад. Да вот беда, я ей об этом не сказал и не планирую. В мои планы наоборот входит переселить её сюда на постоянной основе. Чтобы мелькала у меня перед глазами, звенела своими тапками, танцевала под джингл беллз и смеялась своим заливистым смехом, от которого у меня сводит за ребрами.

— Вообще-то нет. — Отодвинув от себя чашку с недопитым чаем, она по-деловому складывает руки в замок. — Сегодня у тебя в офисе был мужчина…Гордиенко Семён Петрович.

Та-ак. Не эту тему я ожидал услышать.

— И?

— Мы с ним поговорили. Он оказался очень приятным человеком, — встретившись со мной взглядом, произносит Злата.

— И что? — не совсем понимаю какое ей дело до Гордиенко.

— И он рассказал мне о ситуации с его фирмой. О том, что ты планируешь её выкупить, а у него нет иного варианта, кроме как продать её тебе.

— Всё так и есть. Ему нужны деньги, без них фирму просто отберут за долги.

— Да, я погуглила историю его семьи. Ты знал, что его отец заложил дом, чтобы вложиться в строительство?

— Нет. Меня мало интересуют исторические факты чужой фабрики.

— А вот зря. Его отец оказывается, был очень талантливым. И у многих в домах до сих пор стоит его мебель. Сделанная вручную, к тому же.

— Я в курсе, что они делают все руками. Я не понимаю к чему ты клонишь и зачем мы сейчас это обсуждаем.

— Клоню я к тому, что человеку, который вложил столько в свое дело, очень тяжело его потерять на склоне лет. Понимаешь? За то короткое время, что мы пообщались, я успела увидеть и почувствовать, как он сильно привязан к своей фабрике, и как ему больно её терять.