Книга Память мёртвых на Весах Истины, страница 99 – Анна Сешт

Жрица обернулась к Нахту, убеждаясь, что мёртвые защищали и его.

Сердце заколотилось где-то в горле, когда она увидела, как меджай и Хека сражаются со Странниками. Оружие Сета в самом деле обрело здесь силу и плоть – как Шепсет и предполагала! Но Нахт был один, пусть даже рядом с чудесной вестницей Инпут. Он был человеком, а не потусторонней сущностью, и его силы иссякали. Полученные прежде раны ослабляли меджая.

Шепсет не удержалась, вскрикнула, когда уродливая змееподобная тварь из темноты бросилась на воина, сбивая с ног. Девушка хотела уже было устремиться к меджаю, когда что-то неуловимо изменилось.

Жрица не видела, откуда они пришли. Поднялись из тёмных свинцовых вод, как отряд Руджека? Соткались из теней, как напавшие на них Странники?.. Обгоревшие трупы вставали в боевой порядок, защищая Нахта. Изуродованная смертью и пламенем женщина помогла ему подняться. Один из воинов вручил свой щит. И вскоре меджай занял место среди них.

Отряд принял бой, и Нахт был вместе с ними, разя врагов, которым не мог бы бросить вызов никто из смертных.

Слёзы заструились по щекам Шепсет, а боль пригвоздила её к месту. Она видела маски смерти – то, какими помнили себя эти мертвецы по своим последним мгновениям. И вспышками видела то, какими они были прежде.

Воины, смеявшиеся и болтавшие с ней в маленьком гарнизоне Долины Царей.

«– Эй, Нахт, ты шепни потом, в какой гробнице можно выкопать себе такую красотку?

– А то сколько патрулируем некрополь, все ноги уже сбили – ни одной такой не попадалось.

– Проходи, госпожа.

– Командир уже ждёт. Ну и ты, Нахт, проходи, раз уж пришёл…»

Его друзья и братья по оружию, с которыми столько лет сражался бок о бок. И теперь не мог даже узнать… А вёл воинов командир Усерхат.

Их щиты были крепки, их оружие сверкало как новое, разя без промаха. Садех смотрела, как сражается Нахт, – стояла там, безмолвно прижав руку к груди. Это она помогла меджаю подняться, когда тот едва не принял смертельный удар.

Шепсет беспомощно озиралась, глядя на сражающихся. Ей ли было не знать, что твари Дуата неисчислимы? Насколько хватит мёртвых, защищающих живых? Как долго они смогут выстоять, уклоняясь и рубя, принимая удар за ударом?

Её Ка оказалось решительнее – устремилось к самому большому ларцу, стоявшему на незримой границе прежнего круга.

Ушебти Владыки. Вот кто мог преломить ход сражения! Шепсет поспешила вслед за своим Ка, но когда уже почти добралась – тьма за границей ожила, стремительная и смертоносная. И десятки чужих рук утянули ларец, поглощая в изголодавшемся мраке.

Ей хотелось кричать от бессилия. Тщетно жрица взывала молитвой к Инпут и Усиру, тщетно проклинала Тех. Судорожно пыталась вспомнить хоть одну подходящую магическую формулу, хоть одно заклинание!

В следующий миг из мрака она услышала детский смех – жуткий, потусторонний, но почему-то её совсем не испугавший. За границей Шепсет увидела быстрые мечущиеся светочи – яркие маленькие силуэты, чистое сияние которых разгоняло тьму. Тени чудовищ метались между ними, как перепуганные звери, но для них самих это было весёлой игрой.

Сквозь их ирреальный жутковатый смех Шепсет услышала звонкие голоса: «Смотри, смотри, собачья жрица! Теперь мы сами умеем отгонять Тех, кто с перевёрнутым лицом!»