Книга Память мёртвых на Весах Истины, страница 117 – Анна Сешт

Нетакерти покачала головой, положила ей на плечи лёгкие прохладные ладони и заглянула в глаза:

— Не этого хотела от тебя Богиня и не затем вернула тебя. Помни, о чём я сказала. Ты должна стать его голосом.

Шепсет сжала кулаки.

— Я не…

— Никто больше не сумеет… и тогда мы будем лишены всякой надежды. Но пока в Кемет царит Маат, будем и мы, и наша Богиня. Помоги ей воцариться здесь снова… иначе от нас останется только шёпот в тенях.

И эхом вместе с ветром пронёсся по галерее шелест родного голоса.

«Вернуть память… Вернуть истину…» В тот миг Шепсет ощутила присутствие Владыки так явственно, словно он стоял прямо у неё за спиной.

У ворот зазвенели рога, возвещая о чём-то важном. Более далёкий звон рогов отозвался им из города, наполняя ночь тревогой.

Мутнофрет посмотрела в другой конец галереи. Снаружи уже раздавались приказы открывать врата для высокого гостя.

— Пора. Я должна встретить его.

Она обернулась к остальным, сделала пару шагов к Нахту, но тот не сделал ни шага навстречу. И впервые Шепсет увидела, как всего на пару мгновений пошёл трещинами её блистательный фасад. Певица Амона действительно волновалась за сына – без притворства, без какой-либо выгоды.

— Можешь не верить мне сколько угодно, – тихо сказала Мутнофрет. – Но даю слово, однажды я остановлю его.

Нахт ничего не ответил, и в его взгляде не было тепла. Шепсет знала, видела: он действительно не верит ни единому слову матери. И не могла винить меджая.

Уже в следующий миг Певица Амона взяла себя в руки, расправила плечи, гордая и властная. Другой она и не могла предстать перед своими людьми.

— Найдите наследника, как приказал Таа. Нетакерти, помоги им, выведи из храма. Здесь они будут только мешать мне.

Нетакерти кивнула, поглаживая пса.

Мутнофрет резко развернулась и направилась прочь по галерее – лишь белые одежды взметнулись, словно крылья Исет.

— Итак, мы всё-таки отправляемся? – спросил Нахт. – В любом случае подожди меня, я заберу оружие из трапезной. Из храма мы выйдем, а куда дальше? Если пристань перекрыта.

Шепсет оглянулась. В галерее остались только они с меджаем, Нетакерти и Анат. Ещё собаки, но куда же делся ночной гость? Исчез так же незаметно, как появился, – видимо, не хотел привлекать внимание служителей Амона, даже Мутнофрет.

Из теней со стороны храмовой рощи она услышала тихий свист. Хека и пёс Нетакерти, и без того встревоженные происходящим в храме, навострили уши.

— Ему точно можно доверять? – тихо спросила Анат.

— Насколько мы можем доверять жрецам из Нубта, – сказала Шепсет и в ответ на невысказанный вопрос Нахта добавила: – Они прислали своего человека.

— Один из живых сыновей Нубта, присланный в час нужды, – вспомнил меджай.

— Да, это он.

Кивнув, Нахт бегом направился к трапезной.

Анат нежно сжала запястье дочери, погладила по браслету с изображением Беса.

— Мы свидимся снова, я это знаю, моя особенная девочка. Но пока… ради всех нас… ради покоя моего сердца… беги.

Шепсет разрывалась – не хотела сбегать, не хотела бросать своих близких. Но они были правы: не в её силах было остановить Верховного Жреца и его солдат. Помочь им всем она могла, только если доберётся до наследника Владыки.

До любого из его наследников.

* * *

Нетакерти вывела их тайными переходами в храмовую рощу. Прощание получилось поспешным, скомканным.