Книга Смерть придёт на лёгких крыльях, страница 96 – Анна Сешт

— Я не собирался… – начал было Нахт, ловя себя на привычном, совершенно детском порыве оправдаться перед ней, на инстинктивном желании ее одобрения, и нахмурился, осекая себя. – Так уж вышло.

— Какая безответственность. И твоя, и твоего командира, – она едва заметно скривилась, точно шипящая кошка. – А ведь он должен обеспечивать твою безопасность, разве нет? Раз уж они с Садех решили заменить тебе родителей.

— Это тебя не касается, – тихо, но твердо проговорил меджай.

— Разве ты смеешь так говорить со мной? – с обманчивой мягкостью спросила Мутнофрет, глядя на него сверху вниз.

— Ты можешь помочь нам или сочтешь это ниже своего достоинства? – в тон ей спросил Нахт.

— Смотря насколько хорошо попросишь, – жрица пожала плечами. – Это ведь ты пришел ко мне, а не я к тебе. Ты же всегда знал – достаточно только попросить.

— Я не стану умолять тебя.

— Этого и не требуется. Лишь немного положенной почтительности. Я ведь давно говорила, тебе не выжить без меня, как бы далеко ты ни бежал…

Нахт не выдержал, резко поднялся, сжав руки в кулаки. Его самообладания хватило лишь на то, чтобы не сбежать отсюда, плюнув на все договоренности и даже на приказ Усерхата. Мутнофрет невинно подняла на него взгляд, словно бы удивленная его внезапной несдержанностью.

— Моя почтительность закончилась в тот миг, когда ты сказала, что я должен заслужитьправо зваться твоим… – он осекся, стиснул зубы.

Лицо Певицы Амоны осталось непроницаемым, и это разозлило его еще больше. Никогда она не признавала свою неправоту. Никогда не признает, что хоть где-то могла потерять свою непогрешимость. Идеальный фасад, за который она держалась.

Не нужно было ему вообще приходить сюда…

— Нахт, – тихо позвала его Шепсет. Они встретились взглядами. От жрицы исходила безмолвная поддержка, напоминание, что он пришел не один, а еще – что у них было дело, более значимое, чем любые обиды.

И меджай взял себя в руки, сел на свое место, отпуская застарелый гнев.

— Это очень важно, госпожа. Жрице нужно вернуться в храм Инпу в Хэр-Ди. Я знаю, у тебя достаточно влияния, чтобы обеспечить ей безопасный проход. И я… прошу тебяраспорядиться этим своим влиянием и помочь нам.

— Вернуться в Хэр-Ди, – задумчиво повторила Мутнофрет, смерив Шепсет взглядом. – Укрыться от взглядов охотников. Вы хоть представляете, как высок насест некоторых из этих соколов? – она холодно прищурилась.

— Догадываемся, – тихо огрызнулся Нахт.

Но Певица Амона уже не смотрела на него, пригвоздив Шепсет взглядом:

— От тебя ведь очень хотели избавиться, если тени шепотков, докатившихся до меня, правдивы, Хекерет-Нэсу. Не знаю уж, как тебе удалось выбраться… Гораздо больше меня беспокоит, каки главное зачемты втравила в эту историю моего сына.

Шепсет не сумела справиться с изумлением, переводя взгляд с Нахта на Мутнофрет и обратно, должно быть, только теперь замечая сходство между ними. Меджай устало провел ладонью по лицу.

— Я вмешался сам, госпожа, –он намеренно подчеркнул титул, давно уже не называя ее иначе. – И в любом случае этого не изменить.

— Надеюсь, ты хотя бы понимаешь, что теперь должен остаться подле меня. Там, где я сумею защитить тебя, – Мутнофрет покачала головой, но теперь в ее глазах отражалась тревога, как ни странно – искренняя. – Ты не представляешь себе, комувы перешли дорогу и во что оказались втянуты, вольно или невольно… Что до тебя, девочка… от того, что ты совершила, нельзя укрыться.