Онлайн книга «Выбор богов. Книга 2»
|
— Мудрое решение, – Хатепер склонил голову, вспоминая, что сообщил ему Перкау. «Именно этот маг помог разойтись пагубным слухам о том, что Хэфер Эмхет – лишь поднятый тёмным искусством мертвец». Так или иначе, всё сходилось на культе Сатеха. — Стало быть, Минкерру уже знает о Хэфере? – уточнил он. — Нет, – Секенэф покачал головой. – Но моего слова достаточно. А то, что Дом Владык не винит культ Ануи, у Верховного Жреца вызывает лишь облегчение. Он распространит эту весть – пока только среди жрецов. Разумеется, у него остались вопросы, но на них я пока не готов отвечать. — Ты и не обязан… Я помню, Минкерру не верил, что Перкау и его ученица вернули мёртвого из злого умысла. Но он не верил и в то, что это было чудодейственным исцелением. Взгляд Императора остался непроницаемым. Хатепер понимал, что сейчас ступает по болотистой почве, и нащупать верную тропу было непросто. «Ты хочешь знать наверняка… какова природа связи, протянувшейся между жрецом Ануи и тем, кого этот жрец вернул…» – говорил Минкерру. – «На что она будет похожа… Как будет звучать для них обоих…» — Эта женщина… избранница Ануи… она и правда существует? Ты видел её? «Звучание связи входит в резонанс с целью. Цель подменяет собой жизнь, разве нет?.. Жизнь одна на двоих… Я думаю… она может звучать как кошмар, от которого ты не можешь очнуться… Или же… как нежная любовь, без которой ты как без воздуха…» Что Секенэф сделал с этой Тэрой, Хатепер спрашивать не решился – чувствовал, что брат всё равно не расскажет. Слишком уж тесно были переплетены судьбы жрицы и царевича. Возможно, её уже не было в живых… возможно – она стала пленницей, главная ценность которой – в её связи с наследником, как было и с Павахом. Единственное, в чём дипломат был уверен, – это то, что Владыка действовал прежде всего в интересах Хэфера. Что-то странное отразилось в глазах Секенэфа – он не сумел уловить, прочитать. Печаль? Благодарность? Осознание неизбежности? Боги, да что же там произошло?! — Эта женщина – именно такова, как о ней рассказывали и даже больше. Великая целительница. И она последняя, кто мог бы желать Хэферу зла. Да, я знаю, о чём говорю, – эти слова Секенэф произнёс так, что стало понятно – разговор о таинственной бальзамировщице окончен. – Итак, что с её учителем, Перкау? Минкерру говорил, что твоё расследование принесло плоды, но потом жрец потерял разум и едва не убил одного из возможных преемников Первого из бальзамировщиков. Однако прежде этот преемник нарушил твой приказ и вошёл к пленнику, за что был наказан. Как всё это понимать? — Как есть, – вздохнул Хатепер. – Раз уж ты говорил с Хэфером, то знаешь даже больше, чем узнал я… Ничего не утаивая, он рассказал брату, что произошло – в том числе о задании, которое поручил своим Таэху. Секенэф, казалось, не был удивлён ничем – даже когда дипломат упомянул, что Перкау считал именно Великого Управителя убийцей Хэфера, даже когда речь зашла о похищении бальзамировщика магом, использовавшим облик Хатепера. После Император долго молчал, размышляя – притом словно бы не об услышанном, а о том, стоит ли посвящать брата в то, что знает он сам. Такое недоверие больно кольнуло – сколько они прошли вместе, и ничем Хатепер ни разу не подвёл своего Владыку, – но он промолчал. Его положение ещё было не самым печальным – а каково Амахисат, супруге и верной соратнице? |