Онлайн книга «Наследники Императора»
|
Она со злостью подумала о своей подруге Хинне. Если бы вместе они сумели как-то исхитриться и отравить котлы с едой, исход этой ночи был бы предопределён. От других-то танцовщиц помощи ждать не приходилось. Девушка скрипнула зубами с досады. Пока подобраться к царевичу не представлялось возможным. До этой ночи Мисра и не представляла, что он настолько искусен и яростен. «Придётся подождать, пока он вернётся в лагерь… вряд ли им удастся убить его в бою», – подумала девушка. То и дело она меняла укрытие, чтобы оставаться незамеченной и при этом издалека следить за золотоглазым демоном. Благо сейчас рогатые были слишком увлечены наёмниками и солдатами градоправителя, чтобы обнаружить её. Мисра не могла позволить себе потерять его из виду. Каждое мгновение было драгоценно… ⁂ От удара Ренэфа щит противника треснул. Человека это, похоже, не смутило. Он двинулся на рэмеи, точно таран, пока щит ещё держался. Улучив момент между атаками царевича, он резко пригнулся и полоснул Ренэфа мечом по боку. Рэмеи усмехнулся, в азарте боя почти не чувствуя боли. Он любил смелых противников. С силой царевич отвёл меч человека своим хопешем, потом ударил его щитом раз, другой… Наёмник не выдерживал столь яростного натиска. В какой-то момент его защита была пробита. В глазах рэмеи он прочёл свою смерть, но смерть лёгкую и достойную. Хопеш вошёл меж его рёбер. Ренэф высвободил свой клинок, быстро распрямился… и понял вдруг, что всё кончилось. И дело было не только в том, что стало тише, что кто-то из его солдат кричал о победе, что на него самого некому было нападать. Когда-то в одном древнем тексте он прочёл слова знаменитого военачальника, по крови Эмхет: «Я почувствовал, как Отец Войны отвёл Свой взгляд и поступь Его стала удаляться…» Встречались подобные слова и у других авторов – редко, но встречались. Тогда царевич счёл их не более чем красивой аллегорией. Теперь же Ренэф стоял, опустив меч и щит, озирался и понимал, что чувствует именно это: Отец Войны покидал поле боя. Теперь это был просто лагерь… просто берег реки… — Победа, господин мой! – доложил подбежавший солдат. – Враг ретировался! Ренэф растерянно кивнул. Сейчас, когда закончился бой, он чувствовал какое-то опустошение и отупение. — Кто-то поджёг шатры в южной части лагеря, – продолжал докладывать воин, – Потом лучники стреляли огнём. Селяне помогли потушить пожар. Если б не они, мы потеряли бы многое. — Хорошо. Я поговорю с ними позже, – царевич снова кивнул и пошёл к лагерю в сопровождении своих телохранителей и солдата. — Что прикажешь делать с пленными, господин? — Допросить, – это было просто и очевидно. — А после? – уточнил воин. А после… Рэмеи не брали рабов, а держать пленных было негде. Они напали не только на рэмеи, но и на собственных соплеменников. Они заслуживали смерти. Но почему-то, когда Ренэф думал об их судьбе, его мысли заканчивались на «Допросить». Он понимал смерть в бою. Но ему ещё не приходилось убивать кого-то вне поля битвы. И не доводилось отдавать такой приказ… Запоздало к нему возвращалась боль от ран. Царевич чувствовал, что очень устал. Но что ещё хуже – он был пуст. Питавшая его ярость выплеснулась на противников. Это ощущение было знакомо ему и прежде, но никогда Ренэф не испытывал его настолько сильно. Его первый настоящий бой только что отгремел. Нет, он не хотел ничего решать сейчас, и даже мысль об угрозах Ликиру казалась ему такой далёкой. |