Онлайн книга «Bраг Империи»
|
Она без слов, с прерывающимся от предвкушения придыханием, скользнула мне под бок и прижалась обнажённым разгорячённым телом. А поскольку я тоже был в чем мать родила, ее жадная ищущая ручка сразу же зашарила по моей груди, животу, опускаясь все ниже и нащупывая то, ради чего она и пришла. Я усмехнулся, поворачиваясь на бок, обнимая ее свой ручищей и крепко прижимая к себе. Она чуть слышно тоненько запищала и со всей страстью принялась меня целовать, исступлённо орудуя пальчиками на моем напрягшемся естестве. Я целовал ее в ответ, нежно трогая упругие тяжёлые груди с набухшими бархатистыми сосками, наслаждаясь идущим от девушки запахом и решил, что ради такого дела сон может немножко подождать, а думы о завтрашних делах сразу же отошли на второй план… Я сунул руку ей между ног, где уже было горячо и влажно, и сам застонал с Танькой в унисон. Грифон, не мешая, дрых без задних лап, целомудренно спрятав голову под крылом. * * * Когда наступила следующая ночь, за прошедший день произошло не так уж и много событий, достойных упоминания. Разве что в нескольких милях от Кленовки в сторону Имения пролетел небольшой дирижабль. Судя по скорости и оснастке, один из приписанных к Цитадели курьеров. Обратно в Лютоград он помчался спустя почти два часа. Как я и предполагал, кто бы не находился на его борту, он удовольствовался беглым осмотром и, не найдя никаких следов рыковской пятерки, отправился восвояси. Интересно, что подумает барон по поводу исчезновения своих подручных? Кто теперь ему будет хвост заносить? Впрочем, при личной встрече сам у него поинтересуюсь… Мы с Игнатом выдвинулись в сторону Имения незадолго до полуночи. Нас молча и без лишних слов выпустили через ворота и перекрестили. Одетые в темные одежды, вооружённые и сосредоточенные, мы быстро двинулись в сторону бестужевской крепости. Нам везло. Ночь выдалась ненастной и черной, как душа сборщика налогов. Ни луны, ни звездочки. Один сплошной покров густых, угрожающе надутых туч, превращающих ночь в непроницаемую могильную тьму. Игнат то и дело чертыхался, когда ступал на неровности. Мы шли в стороне от главной дороги, бредя через поля и луга, по-осеннему голые и пустые. Не за горами первые заморзки, холодные свирепые ветра и ранняя северная зима. В здешних краях она наступает уже в середине октября. Дул промозглый пронизывающий ветер. Когда Игнат в очерной раз споткнулся, я велел ему идти за мной след в след. Я-то никаких проблем проблем с ночным зрением не испытывал. Грифон, получивший строжайший наказ, постоянно держал контроль, непрестанно сканируя все вокруг нас на несколько сот метров магическим оком. В случае возникновения непредвиденной опасности у нас была куча времени залечь в каком-нибудь овраге или кустарнике. В такую тёмную ночь, когда хоть глаз выколи, далеко не каждый смог бы рассмотреть две одинокие фигуры, спешно шагающие в западном направлении. Пока шли, я начал негромко расказывать Игнату о своих последних злоключениях, стараясь не упустить ни одной лишней подробности. От самого начала, когда сбитый выпущенным из дирижабля ядром, свалился в подлесок со стены, до того дня, когда, вернувшись с чужой земли, обнаружил под замком огромную пещеру-завод и спрятанный в ее гигантской утробе спящий " Иерихон". Не расказал лишь, что последний из себя представляет. Пусть Игнат сам увидит и изумится, как я. |