Книга В западне, страница 69 – Максим Шторм, Дейлор Смит

Уезжая из Старограда, он с горькой усмешкой предупредил, что через месяц они сами позовут его обратно. Так и вышло. К тому моменту, как по магической почте в резиденцию Бестужевых пришел срочный вызов от Государя и до поры, как он добрался до Столицы, лопнули еще два Прокола. На западной границе, рядом с Ляховским княжеством, и близ небольшой деревушки в центральной части Империи. В первом случае успели отреагировать оперативно, и пусть и с большими потерями среди солдат ближайшего пограничного гарнизона, смогли уничтожить вторженцев. Во втором же целая деревушка в сотню человек оказалось разорена, а все ее жители растерзаны и убиты пришедшими в ту роковую ночь тварями.

В Столице поняли, что беда, о которой так настойчиво предупреждал Герцог, не просто стоит на пороге, она уже без спроса и стука ворвалась в дом. И принялась хозяйничать.

Тогда еще никто не подозревал, что это только начало. Конца которому не видно и сейчас, спустя почти сто лет с появления первого Ведьминого пятна.

Каждый вечер я проводил практически одинаково. Часов до десяти трепался о том о сём с Алисой, то в ее комнате, то в моей. Затем уходил в отцовский кабинет и где-то с час читал и по несколько раз перечитывал дедовские записи. Затем возвращался в спальню, где в кровати, грея простыни, меня поджидала уже полностью раздетая Аксинья. Против компании которой я не имел ничего против. Деваха она была горячая, резвая и отдающаяся мне со всей страстью. Затем, отпуская ее, я засыпал и дрых до самого позднего утра.

Вот и на четвёртую ночь своего нахождения в Родовом имении, не меняя заведённого порядка, Аксинья проскользнула в мою спальню и нырнула под одеяло. И когда я, раздевшись, лег на кровать, перед этим подложив в печь несколько чурочек, она уже с радостью была готова на все. Чем я беззастенчиво и пользовался. Нас обоих устраивали эти отношения. Да зачем отказывать себя в такой сладкой малости?

Я старался брать о жизни все.

С каждым днем во мне крепла уверенность, что скоро моя жизнь совершит очередной очень крутой поворот. И мой Грифон, иногда просыпаясь и довольно урча, нет-нет да и тревожным царапаньем острых коготков подтверждал мои предчувствия.

Гроза надвигалась.

— Вы знаете, чем завершились выпускные экзамены столь интересующего вас рядового Альрика Безродного? Вчерашнего курсанта, между прочим.

— Который, будучи совсем недавно официально принявшим присягу и ставшим воином Ордена, успел совершить несколько очень впечатляющих поступков, проявив себя с крайне благоприятной стороны.

— И, замечу, некоторые из этих поступков можно смело назвать героизмом. А операции, в которых он уже успел поучаствовать, все как один, были из категории важнейших и опаснейших.

Следователь из Особого Отдела граф Василий Кулагин спокойно выдержал холодный как приближающаяся с севера зима взгляд капитана Кречета. Отложив в сторону исписанный блокнот, он сказал:

— Я понимаю, куда вы клоните, капитан. Но я следую фактам. А они на данный момент таковы, что ваш невероятно талантливый и героический парень остался единственным из всех, кто был задействован на особом задании Императора, кого я еще не допросил.

Они находились в кабинете командующего Цитаделью, откуда только пару минут назад вышел последний из намеченных для сегодняшнего допроса Кулагиным человек — капитан «Икара» Афанасий Ланской. Который лишь повторил все, что было до него сказано предыдущими лицами. От самого капитана Кречета до последнего матроса из команды разведрейдера.