Онлайн книга «Часовой: слуга Императора»
|
Надеюсь, смогу выйти оттуда живым и относительно целым. Мой Грифон… Хитрый и пронырливый зверь залёг на дно и никак не давал о себе знать. И если бы я точно не знал, что держащие его печати рухнули, даже и не заметил бы никакой разницы. Похоже, как и мои предки, мой Родовой символ был тем еще конспиратором… Глава 22 У дверей каюты командующего Тринадцатой Стражей меня встретил капитан «Икара» Афанасий Ланской. Бывалый воздушный волк смерил меня уважительно-сочувствующим взглядом, крепко пожал руку и, коротко шепнув: «мужайся», торопливо пошёл по коридору, ведущему на мостик. Осторожно постучав в дверь, я, не дожидаясь разрешения, вошёл и вытянулся на пороге во фрунт. Кречет привычно сидел в своем продавленном кресле за рабочим столом и листал какие-то бумаги. Выглядел он, должен сказать, вполне себе ничего. Такой же огромный, собранный, невозмутимый, и одарил меня на редкость добрым и теплым взглядом, как дождавшийся долгожданного обеда голодный, лев. Сильнейший удар боевым молотом по голове слегка прогнул в одном месте толстенную броню и не повредил черепа моего командира. Только выбил из него сознание. В остальном капитан нисколько не пострадал. Я ж говорил, что в его доспехах можно и живым из самой преисподней выбраться! И чего ему сделается, лосю здоровенному, после всего лишь одного попадания по кумполу? Наверно, таким нехитрым образом я себя успокаивал, ожидая грандиозного разноса… Капитан смерил меня налитыми кровью злобными глазами и прорычал: — Есть что сказать, прежде чем я собственными руками вышвырну тебя в окно, гадский ты паршивец⁈ Сглотнув, я набрал побольше воздуха в грудь и выпалил: — Капитан, мои тщательно продуманные и спланированные действия были продиктованы исключительно с целью сохранения жизни и боеготовности в прежнем статусе Корпуса Триндацатой Стражи! Поморщившись, Кречет проворчал: — Ишь как загнул, книгочей ты хренов… Хорош орать, и так голова раскалывается. Никогда не думал, что меня повергнет моё же оружие… Так что ты там несёшь про исключительную заботу и прочую чушь о Корпусе Тринадцатой Стражи? Ты о чем⁈ — Да о том, что если бы вы остались там, в этом лесу, то сделали бы огромное одолжение ведьмам, нечисти и всем своим старым и не очень врагам! — воскликнул я, пожимая плечами, как нечто само собой разумеющееся. — Кому бы вы сделали лучше, капитан? И на кого бы оставили Цитадель, Стражу, да и все северные рубежи, если уж на то пошло? Кто лучше вас знает Север? И кого бы Орден назначил на ваше место? Дай бог, если сержанта Корнедуба. А если кого из своих ставленников, особо приближённых к графу Перумову, например? Кречет с отвращением смял в огромных пальцах какую-то бумажку и швырнул в меня. Даже попал. Но я и глазом не моргнул. — Гладко стелешь, Бестужев, даже и придраться не к чему… А себя, значит, на место командующего даже и не рассматриваешь⁈ Нет? Дурак. Рогволд сказал, что ты притащил на корабль мой молот, не бросил… Да и вообще совершал очередные героические поступки, граничащие с полным сумасшествием и безумием… Из чего я делаю выводы, что ты вдвойне дурак. — Не больший чем вы, капитан, когда решили в одиночку остановить целую стаю гончих во главе с Ухорой, далеко не самой слабой ведьмой! На этот раз капитан швырнул в меня тяжелой бронзовой чернильницей. Хорошо, что почти пустой. И ловко поймав ее, я посадил на руку лишь несколько темно-синих капель. |