Книга Черная Панна, страница 66 – Екатерина Стрингель

— Ой! – Она опешила от неожиданности.

Она уже и забыла, каково́ это – получать спонтанные подарки. Андрей еще в самом начале отношений предупредил, что не умеет делать сюрпризы и лучше, чтобы все подарки они выбирали вместе. Надо отдать должное, Андрей безотказно покупал и дарил все, что она придумает, но это совсем другое. Последний сюрприз ей сделали родители семь лет назад, подарив поездку на море.

— Можете открыть прямо здесь. – Арсений скромно отошел, оставив объемную коробку у Насти в руках.

Она поставила ее на стол и принялась распаковывать, потянув за краешек банта. Он поддался, обнажив поверхность коробки, крышка легко снялась. Настя заглянула внутрь: там лежала аккуратно сложенная темно-красная ткань, расшитая золотыми нитками и атласными вставками. Она подняла ее и увидела, что это невероятной красоты платье эпохи барокко. Глубокий бордовый цвет переливался на свету, текстура оказалась очень приятной на ощупь, правда, запах стоял, как от старого бабушкиного гардероба.

Настя не могла поверить своим глазам: это настоящее платье времен Радзивиллов, она о таком и мечтать не смела. После детства, проведенного перед телевизором с мультиками о диснеевских принцессах, она всегда тайно хотела примерить подобное, ощутить себя на их месте и покружиться в вальсе.

— Я нашел его в одной частной коллекции, – заговорил Арсений. – Уверен, вам очень подойдет.

Платье выглядело сказочно красивым и элегантным, утонченным, хотелось поскорее надеть его и покрутиться перед зеркалом.

— О боже… У меня нет слов, – искренне восхитилась Настя. – Мне безумно стыдно, у меня нет для вас подарка.

— Вы сделали все возможное, чтобы помочь с делом моего отца, это многое для меня значит. К тому же вы скрасили мои одинокие вечера в замке. Спасибо вам. – Арсений подошел ближе, одна рука все еще оставалась за спиной. – У меня для вас есть еще один подарок.

Он протянул старую папку в файлике, на которой было написано: «Sprawa № 1: Barbara Radziwiłł». Настя аккуратно взяла ее.

— Она ваша. Не вижу смысла держать ее у себя.

— Спасибо большое, – голос задрожал, папка в ладони тоже.

Слезы подкатили к горлу, глаза щипало, она шагнула навстречу и снова прошептала: «Спасибо».

Настя все же решила примерить платье. Немного помучившись, она все же сумела его надеть. Оно село безупречно на тонкую фигуру, подчеркивая бедра и элегантно обрамляя грудь. Ткань струилась вниз красивыми складками и закрывала ноги. Настя кружилась перед зеркалом, ощущая себя принцессой в сказочном замке, а потом плюхнулась прямо в нем на кровать с балдахином и жадно вдохнула на прощание свежесть полосатого белья.

Рядом лежала папка с делом Барбары, Настя достала ее из файлика, аккуратно раскрыла и увидела внутри запакованное сургучной печатью письмо. Оно выглядело свежим, написанным совсем недавно. Аккуратно открыла конверт: внутри лежали сухой цветок василька и записка, выведенная красивым ровным почерком.

«Настя, вы прекрасны. Позвольте пригласить вас однажды на танец?»

Гирлянда переливалась серебристым и красным цветом, запах живой хвои наполнял воздух, поленья потрескивали в печи, освещая помещение мягким светом, из блютуз-колонки играли старые рождественские хиты Фрэнка Синатры. Настя окуналась в детство, слушая его песни. В то самое прекрасное время, когда заботило только одно – как найти спрятанный на антресоли пакет с шоколадными конфетами, а потом уговорить родителей смотреть до глубокой ночи все части «Гарри Поттера» и «Один дома». Отец сам вставлял очередную кассету в видеомагнитофон, пока они с мамой устраивались поудобнее на диване и чистили второй по счету килограмм мандаринов. В детстве они казались вкуснее и слаще, чем во взрослой жизни, но неприязнь к косточкам осталась неизменной.