Книга Влюбленный капитан, страница 104 – Минерва Спенсер

Когда Рамзи ушел, Мартен присел за бюро и взглянул на карточки в своей руке. Должно быть, Рамзи надавил на нужных людей, иначе кто бы стал приглашать его на какие бы то ни было мероприятия? Нехотя, исключительно из любопытства, он открыл первую карточку — написанное каллиграфическим почерком приглашение от леди Рамзи. На второй, более официальной, напечатанной, было приглашение на бал в честь мисс Сары Фишер, который устраивал в своем особняке ее дядя — барон Дейнсток. На третьей было приглашение от Мии, маркизы Эксли. Мартен скривился при мысли, что придется явиться в гости к маркизу Эксли. Интересно, поведала ли маркиза своему чопорному муженьку, кого приглашает к ним в дом. Скорее всего, нет.

Хозяйка заведения вошла без стука, и Мартен поднялся.

— Я вижу, ваш друг ушел.

— Да, он передал мне то, ради чего приходил. — Бушар помахал перед миссис Хенсли стопкой приглашений, и губы мадам презрительно изогнулись.

— А, так приходил только за этим…

Когда она села, Мартен тоже вернулся в кресло, гадая, что ей нужно. Долго гадать не пришлось.

— Я позволила себе распорядиться, чтобы слуги собрали ваши вещи.

— Что? Я что, задолжал?

— Вы сами знаете, что нет. Но, думаю, вам пора переехать в более подобающее место.

Мартен покачал головой:

— Неужели я был таким неприятным гостем? Зачем отказываться от гарантированного источника дохода?

— Я решила, что прибыль не главное.

Мартен фыркнул:

— По-вашему, это разумно?

— Сомневаюсь, тем более что вы мне очень нравитесь, капитан.

Мартен вскинул брови. В конце концов, он несколько раз приглашал ее к себе в постель, причем предлагал самой назначить цену, уверенный, что она может дать ему именно то, что нужно, чтобы освободиться от тяготевшего над ним проклятия, но она неизменно отвечала ему отказом.

— Не как любовник, — пояснила дама, легко прочитав его мысли. — В этом смысле мы совсем друг другу не подходим, потому что очень похожи, наше прошлое и наши ожидания почти одинаковы: ни вы, ни я не верим в лучшее будущее и относимся с подозрением к тем, кто ведет себя так, словно мы для них что-то значим.

Мартен встретил суровый взгляд ее хоть и кукольных, но правдивых глаз.

— Но, быть может, мы ошибаемся, капитан. Ваши чувства не настолько мертвы, как вы стараетесь показать. Я знаю, что вас это пугает, потому что могу себе представить, насколько это было бы неприятно для меня, но не думаю, что можно убить в себе подобные эмоции выпивкой и постельными утехами, особенно постельными утехами, — добавила дама с усмешкой.

У Мартена вспыхнули лицо и шея.

— С чего вы взяли, что так хорошо меня понимаете?

Миссис Хенсли удивленно вскинула светлую бровь:

— Так вы не помните, что рассказали мне той ночью?

У Мартена дернулась жилка на лице. Одному богу известно, чего он наговорил спьяну? Он определенно этого не знал.

— Я расскажу вам то, о чем не говорила той ночью. Меня тоже продавали как товар. — При виде изумления на его лице она кивнула. — Да, англичане продают в рабство не только африканцев, но и своих. На рынке всегда большой спрос на юных девочек и мальчиков — нам с тремя сестрами пришлось узнать об этом на собственном горьком опыте. — Помолчав, с непроницаемым лицом она продолжила: — Я говорю это потому, что действительно вас понимаю лучше многих. Мы с вами думаем, что знаем этот мир вдоль и поперек, но в действительности познали лишь один из его темных углов. Ваша миссионерка родом не из этого угла, и, возможно, она-то вам и нужна, но также, возможно, что она вам надоест, как только вы ее заполучите. Так или иначе, вам не пристало здесь от нее прятаться. Даже если нам и приходилось заниматься этим по своей воле, мы выдержали, так что, капитан, не струсим и сейчас.