Книга Дитя Афины, страница 31 – Ханна Линн

— О чем тут говорить? – ответила Сфено.

— О чем угодно. Пожалуйста. Просто расскажи, как ты себя чувствуешь.

Та дернула подбородком и перевела взгляд на Медузу. Там, где когда-то мерцали свет и жизнь, теперь не было ничего, кроме черной пустоты.

— Могу ли я еще что-то чувствовать? – спросила она.

В ту ночь, когда впервые пришли герои, страдания Сфено достигли пика. Ее змеи стояли дыбом, визгливо шипя в темноту, и шипение эхом отражалось от скал, наполняя воздух страданием. Эвриала вышла наружу и кричала под порывами западного ветра. Тот свирепо завывал весь день, взбивая морскую пену, но буря так и не пришла. Совместив свои обрывочные знания и смелые предположения, Медуза приготовила несколько простейших тоников и мазей, влила их в горло сестры и втерла в язвы на спине, которые стали такими большими, что разрывали кожу. Скользкий от пота лоб Сфено горел огнем. Вместо слов выходил лишь сдавленный кашель, а глаза лихорадочно горели. Еще когда Медуза была жрицей, она видела сотни таких припадков: когда кожа человека белела и глаза становились желтыми, а изо рта больного начинала идти пена. Или припадки, когда язык покрывался волдырями, а тело корчилось от боли. Иногда она понимала, что лихорадка спадет и больной оправится примерно через месяц; в других случаях Медуза оставалась рядом и молила Богиню о милосердной кончине. Сейчас же было неизмеримо хуже. На мертвенно-бледном лбу Сфено выступила испарина. С губ и щек ушли все краски; налитые кровью глаза отливали зеленью.

— Нам просто нужно сбить жар! – Медуза говорила сама с собой, сомневаясь, что Сфено еще может что-то понимать. – Я отведу тебя к воде. Море поможет. Ну же, обхвати меня руками.

Опустившись на колени, Медуза подняла сестру. С обмякшей Сфено на руках она осторожно спустилась к берегу и опустила ее на мелководье, чтобы волны омывали изломанное тело. Ветер все бушевал; на землю упали первые капли дождя.

— Я… Я… – невнятно простонала Сфено.

— Спокойно. Спокойно. Не пытайся говорить, – попросила Медуза. Но сестра продолжала кашлять, пока наконец не выдавила с отчаяньем:

— Убей меня. Убей меня!

Боль тысячи кинжалов пронзила Медузу там, где когда-то было ее сердце.

— Ш-ш-ш, ш-ш-ш… – Поливая змей водой, Медуза осмотрела холм в поисках Эвриалы. Та не осталась со своей сестрой в такое время, что еще раз показало, как низко она пала. За последние несколько дней Эвриала еще сильнее отдалилась. Как и у Сфено, ее страдания усилились, но у нее хотя бы хватило сил попытаться скрыть это от Медузы.

Неглубокие хриплые вздохи Сфено было едва слышно за ее стонами и шумом ветра. Медуза склонилась стереть с ее кожи засохшую пену, когда в ночи раздался еще один крик. Медуза вздрогнула, а из-за следующего крика чуть не уронила голову сестры.

— Эвриала?

Крики становились все громче. В то же мгновение стоны Сфено превратились в вой. Из-за моря доносились рычащие раскаты грома. Забарабанил по земле дождь, пришедший со стороны галечного пляжа. У Медузы закружилась голова, в глазах помутилось. Ее колени скользили по песку, а змеи взметнулись, возмущенные громкими звуками и дождем, который бил по ним.

— Хватит! Хватит! – закричала Медуза в воздух и сестрам, но ни одна из них не обратила на нее внимания. Она обратилась к небу: