Книга Северный роман, страница 68 – Полина Вишневская

— Погоди. И всё?

Он тихо смеётся — грудь едва заметно вибрирует. Обнимает меня: руки крепко ложатся на талию, тепло сразу окутывает.

— Шутка, девчонка. Хотел реакцию посмотреть.

— Дразнить будешь — плохо кончится.

— Последние недели говорят об обратном.

Он легко целует — губы тёплые, с мятным вкусом. Отпускает, тянет к столу. Стул под ним скрипит, когда он садится.

Я рядом.

Он откидывается — расслабленный, уверенный. Под рубашкой двигаются мышцы.

Меня будто ведёт — с ним я теряю контроль быстрее, чем хотелось бы.

— Видел мужика, который с кофе выходил.

— Он сказал, что любит «скучный». Для него мы — идеал.

— Ай, — Родион смеётся, оглядывая пустой зал. — Ну что, есть план?

— Какой план?

— Для кофейни. Что ты придумала?

— Ой… — сбиваюсь. — Идеи есть, но я ничего ещё не начала.

Голос предательски дрожит. Пальцы сильнее сжимают блокнот — шершавые края царапают ладонь.

— Почему?

— Хотела сначала обсудить с тобой. Всё-таки кофейня — это ваша семья.

— Логично, — соглашается он. — Давай, рассказывай.

Я моргаю.

Так просто?

Вскакиваю, ноги громко стучат по деревянному полу. Бегу к стойке, хватаю блокнот и ручку. Ручка гладкая, знакомая. Сажусь на стул, который скрипит.

— Идеи пока сырые, ничего конкретного, — предупреждаю я.

— Выкладывай, — требует он.

— Пол нужно срочно мыть. Он грязный, уставший, будто жизни нет.

Он смотрит вниз на доски, потрёпанные и потемневшие от времени.

— Есть мойка высокого давления, — сообщает он.

— Правда? Отлично! Обожаю мойки высокого давления. Это герои ремонта, которые работают без славы. Мне не терпится смыть грязь и видеть, как чёрное становится светлым.

— Нет, — твёрдо перебивает он. — Это моё удовольствие. Я провёл здесь много скучных часов, смотрел видео с мойками в соцсетях. Это нельзя упустить.

— Видео с мойками в соцсетях? — удивляюсь я.

— Ну да, а что?

— Да, это расслабляющее. Как грабли по песку в дзен-саду: грязь смывается, чистота блестит — завораживает. Под музыку это идеально.

Он моргает пару раз.

— Серьёзно?

— Могу показать историю в соцсетях. Рекомендации забиты. Знаешь, что бесит? Когда одно и то же компилируют, выдавая старое за новое.

— Ночь беру назад, — с улыбкой говорю я.

— Поздно, — отвечает он, тоже улыбаясь. — Мой рот был занят другим делом.

Он ёрзает на стуле, напрягая бёдра.

— Тебе нравится, когда говорят о твоём…

— Осторожно, Вера, — предупреждает он. — Играют двое.

Я сжимаю губы. Знаю, это может привести к ссоре, поэтому говорю спокойно:

— Сначала мойка, потом краска на стены. Белый цвет сохранить, просто освежить, как красную дверь. Я люблю цвета, но они выцвели. Навесы на окна, ящики с цветами — умеешь делать?

Он кивает:

— Ага.

— Долго?

— Часа три.

— Точно? Отлично. Фасад станет уютнее. Внутри — новые столы. Эти... — стучу по столу: дерево шатается, видны царапины. — Дрова. Где купить столы и стулья?

— В Сортавале.

— Что?

— Пятнадцать минут на запад — там большой посёлок, есть столяры. Павел и Серёжа брали там недорого. Мама хотела, отец сказал, когда развалятся, тогда и купим.

— Значит, топором помогу сломать, — записываю. — Поедешь со мной? Я больше не хочу одна на этих дорогах: виражи, ямы пугают.

— Конечно. Потом в «Озёрный» заедем.

Замираю, поднимаю взгляд:

— Это приглашение на свидание?