Онлайн книга «Искать убийцу»
|
Когда все зашли в сени, хозяйка включила свет и открыла дверь в комнату. — Проходите, пожалуйста. — Полина Ивановна, не спешите, – коротким жестом остановил ее следователь. – Прежде нам хотелось бы посмотреть чулан. — Чулан? – удивилась Васильева. – Ну, как вам угодно. Вот он, пожалуйста. Она подошла к дощатой перегородке, отсекающей почти половину сеней, и потянула на себя маленькую металлическую ручку. Едва заметная дверь открылась. Участники осмотра очутились в небольшой уютной комнатке без потолка. Пахло мукой, луком и другими продуктами. Три ящика и два небольших бочонка занимали на полу немного места. Вдоль стен там и тут аккуратно разместились на полочках коробки, пакеты, свертки. Чулан освещался дневным светом, падавшим из квадратного окошка, того самого, что уже со вчерашнего дня занимало воображение следователя. Впрочем, оно оказалось самой обыкновенной форточкой, удобно вмонтированной в бревенчатую стену. В этом месте стена была свободной, а на полу сиротливо лежало лишь старое металлическое корыто, которое Миронов предусмотрительно отодвинул в сторону – чтобы не мешало. — А вертушку-то, оказывается, Сергей все-таки забыл сделать, – улыбающимися глазами Ахмеров поглядел на Исянаманова, тот стоял в углу с видом восточного мудреца, который о многом догадывается, но предпочитает хранить гробовое молчание. Потянувшись к форточке, Ахмеров пощупал загнутый книзу гвоздь, который служил запором, и, вцепившись за обвязку, дернул ее на себя. Форточка открылась, таинственно скрипнув петлями. В чулан ворвалась струя свежего воздуха. — Ну вот, – произнес довольно следователь, стряхивая пыль с ладоней, – форточка открывается просто, даже проще, чем тот ларчик… — Я же говорил тебе, юлдаш! – обрадованно закивал головой Исянаманов, вдруг нарушив обет молчания. – У Мубарак мозга еще свежий! — С вами трудно спорить, Мубарак-ага, – поддержал старика Ахмеров и незаметно подмигнул участковому, который страдальчески поджимал губы, чтобы не рассмеяться. Васильева стояла возле двери, сложив на груди руки и чуть опустив голову. Происходящее, казалось, совсем не занимало ее, и угадать, о чем она думает, было невозможно. Понятые – седоволосый меланхолически настроенный мужчина и молодая востроглазая девушка – внимательно следили за движениями следователя, боясь что-либо упустить, словно бы им предстояло потом проделать все это самим, если их спросят. Ахмеров извлек из портфеля измерительную линейку и, привстав на цыпочки, потянулся к форточке. Сорок сантиметров в длину и двадцать шесть в высоту. Да, взрослому человеку здесь, пожалуй, не пролезть… Он повернулся к Васильевой и, сосредоточенно прищурив глаза, спросил: — А что, Полина Ивановна, вы все время держали форточку так вот, в прикрытом состоянии? — Нет, почему же? Раньше форточка закрывалась наглухо и ее придерживал гвоздик. Сергей собирался сделать вертушку или завертку, но потом, видать, забыл. Свет падал сквозь стекла – мне и ладно. А однажды, это было уже после смерти мужа, я пролила керосин. Запах, знаете, стоял невыносимый. Тогда я просто повернула гвоздик в сторону и открыла форточку, чтобы проветрить чулан. Васильева рассказывала, все более задумываясь и произнося слова медленно и отчетливо, словно догадывалась, к чему ведет следователь. |