Книга Отель «Реббека», страница 100 – Рада Артемьева

Гозлан до самого вечера опрашивал сотрудников: тех, кто стал очевидцами дела, но по каким-то причинам не пал жертвой отравления. Приходилось собирать события по осколкам. Пока все казалось неясным, и даже пугающе неясным. Задавать вопросы о том, что ели на обед работники три недели назад, вроде как глупо – вряд ли кто-то бы вспомнил об этом сегодня. Но с чего начинать расследование? Если это опять метилртуть (а это, по всей видимости, именно она), то преступник в своей излюбленной манере мог подбросить ее на кухню. Но вот вопрос: как он туда попал? Эллен и Николя уверяли, что Меркьюри не появлялся в отеле. Никаких посторонних людей в технической зоне тоже не было. На кухне царит строжайший порядок, и все работники проходят инструктаж. Прийти и что-то оставить на кухне чужому человеку не получится. Как мог металл попасть в еду?

Гозлан сломал себе всю голову, прежде чем ответил еще на один вопрос: почему повара? Они едят какую-то конкретную пищу? Нет, Эллен утверждала, что сотрудники питаются одинаково. Значит, на кухне произошло нечто такое, отчего эти сотрудники получили отравление? Но что? Ртуть просто витает в воздухе?

В отеле начался хаос. Жалкие попытки успокоить сотрудников не помогали: паника зрела и раздувалась до размеров гигантского мыльного пузыря. Начальство пыталось утихомирить зарождающуюся истерию, но старания оказались тщетными.

Хуже того, в головах этих людей зарождались безумные идеи, от которых Гозлану хотелось бешено рычать. Можно сказать, все дни он только и занимался тем, что сдерживался. Могущество Меркьюри и его непоколебимая сила – главные темы для обсуждений этих дней. Сотрудники едва ли не молились на то, чтобы убийца оставил их в покое. На стол Эллен водрузили целую стопку из заявлений на увольнение.

Теперь каждый опасался, что станет жертвой страшного колдуна. И тут в ход шло все: одни убежали из отеля, даже не забирая вещи, другие зачастились у психоаналитика.

Эллен что-то пыталась объяснить обезумевшему народу, но было поздно: в попытках защититься от Меркьюри каждый фантазировал как мог. Накинулись на медицинские страховки, перестали есть, ничего не трогали и, конечно же, отказались от рукопожатий.

Николя уже смирился с участью «Реббеки». Он понимал и сам, что с Меркьюри иметь «недопонимания» – это чревато. Кажется, ему самому хотелось сдать пост – теперь он завидовал своему слабоумного дедушке, который скрылся на вилле за городом.

Через несколько дней Гозлан обладал уже чуть большей информацией: экспертиза выявила метилртуть в организме пострадавших. Подозрения оправдались, но облегчения не принесли. Поскольку латентный период между употреблением отравленной пищи и первой симптоматикой достаточно огромный – а это от шести дней до пяти недель, – теперь было сложно понять, что именно в дни отравления съели сотрудники.

Гозлан помногу общался с судмедэкспертами. Причина была та же: метилртуть. Но дело осложнялось любопытными вводными.

— Стадии клинической картины отравления очень изменчивы, – объяснил эксперт.

— То есть? – спросил Гозлан, разваливаясь на кресле в лобби.

Эксперт тоже сел на диван, напротив следователя и поставил ноги намного более прилично, чем тот. Педантичность парня сразу бросилась в глаза: она отлично выделялась на фоне грубых повадок Гозлана.