Книга Дело наследников в законе, страница 79 – Андрей Воробьев, Михаил Красносельский

Дальше по проспекту, возле дома лежал еще один такой же бедолага, без ног, сжимая пустую бутылку из-под водки. Женьке стало противно, она решила держаться края тротуара: лучше рядом будут проноситься автомобили, чем возлежать «живые трупы». По краю фланировали и какие-то девицы. За четверть часа неторопливой прогулки Женевьева два раза заметила, как шоферы тормозили возле них. После короткого разговора девочки садились в салон.

Возле самой Женевьевы один раз тоже остановилась машина. «Расслабимся на час?» – крикнул парень, сидевший за рулем. В этот момент рядом пронесся автобус, и француженка расслышала только последнее слово. Она решила, что у автомобилиста остановились часы, и ответила: «Половина девяти».

Парень изумленно посмотрел на нее, потом, видимо, понял, что ошибся адресом, и, буркнув «пардон, мадам», захлопнул дверцу. Но вскоре рядом затормозил старый «Вольво». Из машины высунулась курчавая голова, и Женевьева решила, что имеет дело с жителем Иберийского полуострова. «Дэвочка. Дядя Алик приглашает тэбя на день рождения. Тэбе будет очэнь хорошо». На этот раз Женька поняла смысл сказанного, но сделала вид, будто не расслышала, и продолжила путь.

Женевьева рассчитывала, что сейчас услышит за спиной шуршание шин и машина с загадочным дядей Аликом наберет скорость, чтобы исчезнуть среди прочих авто. Однако хотя «Вольво» и поехал, но только для того, чтобы притормозить чуть впереди. Сделав еще несколько шагов, Женька лицом к лицу столкнулась с торопливо вылезшим водителем, которого она сначала приняла за испанца. Но это была несомненная ошибка.

— Дэвочка, ты нэ уважаэшь мэня? Ты торгуешь на Нэвском своей грудкой и не уважаэшь дядю Алика? А дядя Алик – бывший министр. Дядю Алика уважают все мэнты района. Каждый помэдор, который ты кушаэшь, привез в Лэнинград дядя Алик. А еще у дяди Алика есть очэнь большой и очэнь сладкий пэрец. Я хочу, чтобы ты его сэгодня попробовала.

Чтобы у девушки не было сомнений, о каком перчике идет речь, дядя Алик демонстративно почесал волосатой лапой ширинку. Но Женевьеву больше интересовало не хвастливое почесывание бывшего министра, а шаги за своей спиной. В машине сидели как минимум двое пассажиров. И второй из них зашел сзади, чтобы в случае, если «дэвочку» не удастся уговорить добровольно, затолкать в салон силой.

Один из них положил Женьке руку на левое плечо. Не оборачиваясь, она двинула со всей силы локтем назад и по болезненному вздоху поняла: попала точно в солнечное сплетение. Удивленный Алик хотел шагнуть вперед, но француженка ударила коленом в «перчик». Бывший министр взревел как бык, наступивший на противопехотную мину. Девушка отпрыгнула в сторону, но тут выяснилось, что удар локтем в пузо первому противнику был недостаточен. Тот уже успел разогнуться и схватил сзади девушку за шею. Будь на его месте профессионал, для Женевьевы сражение бы на этом завершилось. Но лучший друг Алика еще до конца не оправился от удара, к тому же не знал, что надо делать в таком случае. Поэтому он просто держал жертву. Дядя Алик все еще не мог подняться с асфальта. Его руки скользили по бамперу машины, не в силах подтянуть грузное тело. Опасность пришла с другой стороны. Третий пассажир, толстый крепыш, переваливаясь двинулся к француженке.