Книга Так сказала бабушка, страница 44 – Николай Владимирович Андреев

Анечка встала. Поправила майку и сказала, что ей пора идти наверх.

— Иди, раз пора, – разрешил Коновалов. И тут же посмотрел на часы.

Обогнув кресло, Анечка прошла мимо, даже не взглянув в мою сторону. Напротив коридора, ведущего в кабинет дяди Толи, остановилась, прислушиваясь к тому, что ее пьяный муж кричит Романову, и направилась дальше.

«Ну вот, – подумал я. – Пройдет минута-другая – и, как поется в той песне, настанет мой черед».

— Ну а ты чего сидишь? – через минуту-другую спросил Коновалов. – Заснул?

Решив не спорить, я поднялся по лестнице. Прошел в нашу с бабушкой комнату и лег на свою кровать.

«Ну и что дальше? – спросил себя. – Часа через полтора в сопровождении толпы зевак, желающих присутствовать при моем разоблачении, сюда придет бабушка. И первый вопрос, который мне зададут, будет о том, почему она не видела меня здесь вчера. И что я отвечу? Что в это время ходил убивать Виктора? А Коновалов спросит, почему в таком случае я в спальне, а не там, в кабинете? Что мне сказать? Что в зале полно народа и я не могу незамеченным пройти сквозь них? Чушь какая-то!»

Ничего не придумав, вышел в коридор. Подошел к краю лестницы, оперся локтями на перила и стал наблюдать за тем, как проходил следственный эксперимент.

А проходил он, надо сказать, довольно скучно. Бабушка, словно ее интересовало количество жертв на шахте Донбасса, неотрывно смотрела на экран телевизора, Рыльский, по своему обыкновению, дремал, Коновалов громко зевал и изредка бросал взгляд на часы.

— Сколько времени? – спросила бабушка.

Коновалов ответил: три двадцать пять.

Бабушка молча кивнула и снова уткнулась лицом в телевизор.

На экране появилась заставка программы «Прогноз погоды». Бабушка повернулась к Коновалову и сказала, что вчера в это время из кабинета вышел Константин и попросил принести выпивку с закуской.

В зале появился Виктор Худобин. Пьяной походкой проследовал до бара, открыл его, достал бутылку «Мартеля». Обвел хмурым взглядом комнату и спросил, обращаясь к бабушке, где закуска.

— В холодильнике, – ответила та.

— Ладно, – пробормотал Виктор. – Пойдем к холодильнику.

Натыкаясь на кресла, он прошел на кухню. Минут через пять вернулся, остановился возле мирно сидящего на диване Коновалова, нагнулся и показал ему поднос с блюдцем мелко нарезанных лимонов: смотри, мол, ни прокисшей икры, ни чего другого твоего тут нет. После чего отдал честь рукой с бутылкой коньяка и, попросив разрешения отбыть в кабинет для дальнейшего продолжения следственного эксперимента, вышел в коридор.

— Паяц, – громко прошептал ему вслед Коновалов.

Это точно. А еще он – шут, клоун и, по мнению Романова, убийца.

И тут я внезапно подумал:

«А почему, собственно, по мнению Романова? Почему Виктор на самом деле не мог быть убийцей ну хотя бы для начала своей родной сестры Виолетты? У него как раз и мотив для этого подходящий имелся – наследство».

Эта мысль показалась мне настолько интересной и, чего там греха таить, приятной, что я решил обдумать ее самым тщательным образом. А обдумав, нашел подтверждение своей догадке… Где-то после Нового года, когда стало известно о том, что болезнь дяди Толи неизлечима, Виктор занял значительную сумму денег, чтобы, как сказала бабушка, покрыть убытки от бизнеса.