Книга Наследие Льва, страница 31 – Ирина Серебрянская

Он кивнул, уже поворачиваясь к выходу, торопясь скрыться от этого неловкого, обжигающего момента. Но на пороге остановился, не оборачиваясь.

— Влад… он выживет?

— Физически — да. Психически… — Арина покачала головой. — Он видел что-то, что сломало его. «Немые в масках». Это звучит как… ритуал. Или особый отряд.

Лев стоял, глядя в серый квадрат двери.

— Значит, они ещё здесь. Где-то рядом. И теперь они знают, что мы ищем.

— Да, — снова сказала Арина. — Игра пошла в открытую.

Он вышел, не прощаясь. Арина осталась одна, глядя на свои пальцы, которые ещё хранили призрачное ощущение его прикосновения. Вина и боль от вчерашнего разрыва никуда не делись. Но поверх них, как опасный, яркий росток, пробивалось что-то другое. Осознание, что даже в гневе и недоверии их связь не порвалась. Она трансформировалась. Стала сложнее, болезненнее, заряженной не только прошлыми обидами, но и этим странным, необъяснимым влечением, которое проскакивало искрой при малейшем контакте. И теперь, когда враг показал своё настоящее лицо — безмолвное и жестокое, — им предстояло снова найти способ быть рядом. Не как доверяющие партнёры, а как два одиноких хищника, вынужденных охотиться на одну добычу. И эта новая близость пугала её куда больше любых «немых в масках».

Зашифрованное сообщение пришло глубокой ночью, когда Поселение погрузилось в тревожный, настороженный сон. Планшет Арины, лежавший на столе в её комнате, издал тихий, вибрирующий писк. Она не спала. Сон стал роскошью, которую её разум отказывался принимать.

Она разблокировала экран, ввела тройной код доступа. На чёрном фоне загорелись зелёные строки текста — сухие, безличные, несущие леденящий душу смысл.

«Операция «Перевал». Код подтверждения: Ночной Ястреб.

Анализ предоставленных символов (файлы 7А, 7Б) завершён. Совпадение 94 % с базой деструктивных культов.

Символ 7А (простой): маркер территории/цели. Символ 7Б (сложный): знак готовности/ожидания.

Принадлежность: группа «Чистые» (также известна как «Дети Истинного Облика»).

Идеология: радикальный антропоцентризм. Считают ликантропию и родственные феномены болезнью, «нечистотой», подлежащей искоренению. Рассматривают «заражённых» и симпатизирующих им как недочеловеков.

Тактика: террористические ячейки, психологическое давление, похищения, ритуальные убийства с целью запугивания. Имеют доступ к ограниченным фармакологическим препаратам (см. ваш отчёт № 4).

Разведданные указывают на возможное внедрение информатора в целевые анклавы для сбора данных и дестабилизации обстановки.

Рекомендация: усилить режим безопасности. Выявить и нейтрализовать источник утечки. Установить личность полевого командира ячейки. Всю информацию передавать по каналу «Молчание».

Конец сообщения.»

Арина отложила планшет. В ушах стоял звон. «Чистые». Ритуальные убийства. Информатор внутри. Каждое слово было гвоздем в крышку гроба её надежд на быстрое и чистое расследование. Это была не просто банда или наёмники. Это была идеология. А с идеологией бороться в тысячу раз сложнее. Её нельзя купить, нельзя напугать. Её можно только уничтожить. Или быть уничтоженным ею.

И самое страшное — информатор. Кто-то здесь, среди этих людей, которых Лев защищал кожей и кровью, втайне ненавидел саму их суть. Кто-то, возможно, улыбаясь соседям, по ночам передавал данные о распорядке, слабых местах, составе семей. Возможно, именно этот кто-то подал знак, где будет Александр. Может, даже Влад… Нет, с Владом работали. Значит, он не один из них. Или его решили убрать как ненадёжного.