Онлайн книга «Пленники белых ночей»
|
Китти рассмеялась и погрозила племяннику пальцем. — Ах ты негодник! Признавайся, за этим и пришел? А так трогательно притворялся, что соскучился! Митя смущенно улыбнулся и развел руками: простите, мол, великодушно, так уж вышло. — Ну да ладно, коль все-таки пришел, прощаю! – смилостивилась тетушка. – Выкладывай, что именно тебя интересует? — Меня интересует дворец Белосельских-Белозерских, – поделился Митя, обрадованный покладистостью тетушки. – Ведь он находится в знаменитом «районе двойников», так? — Bien sûr![53] Кто ж этого не знает! – кивнула Китти. – Про этот знаменитый дворец много страшилок ходит… — А в интернете ничего такого нет, – посетовал Митя. – Что за страшилки? Можете рассказать? — Ну вот, например, про зеркальный бальный зал. Говорят, что зеркала там не простые. Что они будто бы продолжения вод в Фонтанке. И что в такое зеркало можно войти… и исчезнуть! Интересно. Опять проклевываются мотивы Зеркала вод – Петербургского Зазеркалья. — А кто-то уже входил в такое зеркало? – по-деловому осведомился Митя. — Oui![54] Ходит упорный слух, что давно… когда во дворце еще давали балы… одна пара так закрутилась во время вальса, что влетела в зеркало. И, разумеется, исчезла. — И никто эту пару больше не видел? Китти пожала плечами. — Считается, что молодые люди ушли в какое-то параллельное пространство. Но! – тетушка озорно захихикала. – Я полагаю, что все гораздо проще. Что это был банальный adultère[55]. Любовники просто сбежали. А чтобы замести следы, пустили легенду про роковое зеркало. И концы в воду. Тем более что про дворец болтают, будто именно в нем Белосельских-Белозерских настигло какое-то страшное семейное проклятие. То есть место мистическое, чего там только не может быть… — Проклятие? – насторожился Митя. – Какое проклятие? Можно поподробнее? — Увы! Подробностей никто не знает, – Китти развела руками с досадой записной сплетницы, которой никак не удается сунуть нос в одну ехидную замочную скважину. – Ты ведь знаешь: семейные тайны обычно просачиваются в общество через слуг. А во дворец Белосельских-Белозерских как будто каких-то особенных лакеев нанимают… Немо-слепо-глухих, наверное. И в интернете, сам говоришь, вовсе пусто. Боже упаси! Да потому что Эспер следит! «А еще князь пытался уничтожить воплощение фамильной тайны – скелета в шкафу, Костика», – отметил Митя. Не вышло, так хоть память мистическому созданию стер. Стоит, однако, обратить внимание, что для тетушки Китти князь Белосельский-Белозерский – просто Эспер. — Кстати! Вы же знали… знаете… лично Эспера Александровича? — Bien sûr! – вдруг необыкновенно оживилась тетушка и даже порозовела. – Мы с Долли после выпуска из Смольного танцевали у него во дворце на балах. Да, в том самом зеркальном зале! – И добавила, опережая вопрос племянника: – Признаться, ничего особенного я в этих роковых зеркалах не увидела. Кроме своего прелестного личика, конечно… — О, не сомневаюсь, что тогда вы были неотразимы, – отвесил Митя комплимент, поспешно добавив: – Как и сейчас… Комплимент о неотразимости на фоне зеркальной темы вышел странноватым, каким-то утонченно-вампирским. К счастью, тетушка этого не заметила и продолжила: — А Эспер… Он был хорош! И загадочен… Такой петербургский Гамлет. Многие барышни – знатные, красивые и богатые – были не прочь пойти с ним под венец, – здесь тетушка так мечтательно закатила глаза, что Митя невольно заподозрил: одной из этих барышень была она сама. – Представь же себе всеобщее недоумение, когда избранницей нашего роскошного Гамлета стала девушка совсем бедная и не знатная, – с некоторой драматической ноткой в голосе объявила Китти. |