Книга Академия Огненных Ветров: Пустышка и её поваренная книга, страница 53 – Татьяна Этерра

— Я пойду, — сказал он, и голос его дрожал. — Но если я умру...

— Ты не умрёшь, — сказала Василиса. — Потому что мы будем рядом.

Она встала и подошла к окну. За стеклом лежала ночь — та самая, что скрывает опасность и одновременно даёт возможность спрятаться, переждать. Где-то вдали, за деревьями, пряталась дорога к старой башне. Василиса чувствовала, что время уходит. И если они хотят спасти книгу и академию, они должны действовать.

— Мы выступаем завтра на рассвете, — сказала она. — Я пойду с книгой. Эдгар, ты будешь прикрывать меня сзади. Химера, ты будешь нашим глазами. Алдрик, ты покажешь путь. А ты, — она повернулась к Прянику, — ты будешь моей совестью. И моим талисманом удачи.

— Это я умею, — сказал Пряник, запрыгивая ей на плечо. — Я буду сидеть здесь и напоминать тебе, что ты не одна. И что если что-то пойдёт не так, я укушу его за нос. Я умею кусаться. Я почти профессиональный кусака.

Василиса улыбнулась, чувствуя, как её сердце наполняется теплом.

— Ты не профессиональный кусака, — сказала она.

— Я учусь, — ответил он. — И я быстро учусь. Особенно если дело касается защиты моей семьи.

Она взяла книгу в руки и прижала её к груди. Книга потеплела в ответ, словно чувствуя её решимость. Василиса знала, что это — их последний шанс. И она не собиралась его упускать.

— Мы справимся, — сказала она тихо. — Я обещаю.

В этот момент Химера поднял голову и тихо зарычал — не угрожающе, а предупреждающе. Он смотрел в окно, туда, где за деревьями пряталась дорога к старой башне. Его глаза сверкнули в темноте, и он коснулся крылом руки Василисы — жест, который она запомнила навсегда.

Морган уже знал. Или догадывался. Но времени на раздумья не оставалось.

— Завтра мы идём к Моргану, — сказала она. — И мы заберём у него то, что он украл у нас. Нашу жизнь. Нашу свободу. Нашу книгу.

Она сжала книгу в руках и почувствовала, как та теплеет в ответ, как живое сердце, бьющееся в унисон с её.

— Мы не отдадим тебя, — прошептала она. — Никому.

Книга словно услышала её. Она потеплела в руках, как живое сердце, пульсирующее в такт её дыханию.

— Я с вами, — сказал Пряник. — Всю дорогу. И если он попытается тронуть вас — я его укушу. Я умею кусаться. Я почти профессиональный кусака.

Василиса улыбнулась сквозь слёзы.

— Ты — мой герой, — сказала она.

— Я знаю, — ответил он. — Но приятно, что ты это говоришь.

Она взглянула на Эдгара. Он стоял в дверях, серьёзный и решительный. Она поняла, что они готовы.

— Мы идём, — сказала она. — Мы идём за ним.

Василиса взяла книгу и прижала её к груди. Она знала, что это — их последний шанс.

Рассвет пришёл не как обещание, а как предупреждение.

Небо над академией было бледным, почти белым, с редкими серыми облаками, которые висели низко, словно тяжёлые шторы. Свет едва пробивался сквозь туман, и деревья казались призраками, застывшими в ожидании. Влажный воздух оседал на листьях, стекал по стенам, лип к коже, оставляя после себя ощущение холода, который проникал под одежду и сжимал сердце. Никто не спал в ту ночь — даже Химера, который обычно дремал беззаботно, сидел на подоконнике и смотрел в сторону старой башни, его глаза светились тревогой.