Книга Мой Рим, страница 109 – Верона Виера

Целое испытание – выступать перед полным залом, потому что преподаватели специально приглашают на репетиции студентов со старших курсов, и те часто смеются над нами, вспоминают себя. Иногда дают нам советы. Но главный и самый сложный из них – не волноваться и быть собой.

И вот однажды, изображая на сцене этюд «фламинго, застрявший в болоте», среди студентов старших курсов я вижу его. Ромка сидит в среднем ряду, опершись локтями о спинку кресла перед собой, и смотрит на меня, не отрываясь. Я тоже.

И так волнуюсь, а теперь совсем не своя. Он подбадривающе улыбается, а я отвожу взгляд. Пара попыток фламинго вырваться из болота, и Ромки уже нет. На его месте теперь сидит другой человек.

Этот этюд я с треском провалила!

Невозможно забыть того, кого любишь всю жизнь, как бы ты ни старался. Он оставляет следы, различные пятна: черные или цветные. А какие помнить, решаешь только ты. Сам!

Если бы все невесты планеты были бы похожи на Лену, то в мире б не было войн. Мужчины были бы заняты более важными делами. Любовью.

Скоро выкуп.

Она самая красивая сегодня, принцесса в многоэтажке. Ее плеч касаются завитые локоны, а в них маленькие белые цветы, как ромашки в поле.

А платье! Пышная юбка, как бутон колокольчика, касается пола. И рядом мы: я – свидетельница, и две подружки невесты, та самая Харли Квин с девичника и женщина-кошка. Мы в струящихся нежно-сиреневых платьях.

Бесконечно благодарна подруге, что она освободила меня от должности ведущей выкупа и наняла профессионала, а я так, просто свидетель на подхвате.

Последние штрихи в наших образах. Мы с подружками несем реквизит и спускаемся вниз. Лена остается у себя в квартире, ждет жениха.

Волнуются все. Хорошо, что в доме невесты есть лифт. Спускаться на трясущихся ногах – то еще удовольствие. Кажется, что я от них отдельно.

Стоя у подъезда с плакатами, мы встречаем кортеж жениха: подъезжают три одинаковых черных автомобиля. Украшенные без всяких излишеств, они без умолку сигналят.

Невеста – не я, и платье на мне без корсета, но воздух кажется плотным и трудно дышать. Пытаюсь угадать, в какой машине Ромка. Логично было бы подумать, что в первой, но они выходят из той, что посередине. Почти синхронно открывают двери. Жених-король и свита по бокам. В черных костюмах, с бабочками под воротничком, их волосы зачесаны назад. Ей-богу, мафия. И только бутоньерки в пиджаках выделяют жениха и свидетеля. Хочется стать невидимкой, чтобы не встречаться с Ромкой взглядами, не видеть, как ему идут костюмы.

Он ищет меня в толпе гостей, а я невольно прячусь за Ленкину объемную тетю. Стою почти вплотную, настолько, что ей приходится мне напомнить:

— Ты помощница, поэтому давай, красота, вперед, раздавать реквизит.

На мгновенье закрываю глаза: глубокий вдох, выдох, улыбка до ушей. Неуверенными шагами ступаю к Саше, на Ромку стараюсь не глядеть. Смотреть ему в глаза – выше моих сил. Поэтому только на жениха, пока ведущая произносит приветствие.

По сценарию Сашка должен собрать из пазлов сердце. Одно задание – один пазл. Первое он выполняет без труда, и я с улыбкой протягиваю ему маленький картонный кусочек. Жених радуется, как ребенок, и все вместе с ним. А свидетель, улыбаясь, встречается взглядом со мной. Задерживаюсь на секунды, даю понять, что не надо на меня так смотреть. Сам виноват в том, что происходит между нами.