Книга Все любят Маргариту, но она мертва, страница 95 – Рози Стори

— Вообще-то, Джейк, я хотела поговорить с тобой кое о чем другом. – Поппи слабо усмехнулась, посмотрела в другую сторону, будто набираясь силы, потом повернулась к нему, подняла руку и очень серьезно на нее посмотрела. Джейк поглядел на ее запястье, на все браслеты, на короткие прозрачные ногти. И на бриллиантовое кольцо.

— Я не знаю, заметил ли ты, но… в апреле у меня была помолвка. После всего, что между нами случилось.

— Помолвка?

Поппи кивнула. Воцарилась пауза. Джейк чувствовал, что надо сказать что-то еще. Кольцо ему не нравилось.

— Какое… блестящее.

— Извини, что я тебе раньше не говорила. Я решила, ты знаешь, что у меня есть бойфренд… – На новой аватарке у Поппи стояла фотография их с сестрой на пляже, явно давняя, и исключительно на этой почве Джейк предположил, что с мужчиной с предыдущей аватарки она рассталась. – Мы уже давно вместе. – Голос у нее сорвался. – Сэм. Его зовут Сэм.

— А что он обо мне знает? – спросил Джейк и сразу почувствовал себя по-дурацки, будто отвергнутый возлюбленный. Он встал и отошел на шаг.

— Я сказала, что в квартире кое-кто живет. Старый знакомый Маргариты.

Теперь дети роились везде, носились стаями по детской площадке, их пронзительные вопли разрушали тишину. Почему их вдруг стало так много? Будто улей. Или чей-то день рождения.

— Джейк, я чувствую себя ужасно по поводу того, как я поступила с тобой. И с Сэмом, – сказала Поппи у него за спиной. – Но я не собираюсь ему рассказывать, что произошло. Я не хочу больше никого расстраивать. Это ничего? Я не знаю, как лучше. А ты как думаешь? У меня такое ощущение, что мы с тобой много вместе пережили, как это ни странно. Ну, то есть, наверное, мы вместе пережили странное, и…

Джейк наморщил все лицо сразу – ощущение было такое, будто он сжал его в кулак. Он повернулся к Поппи.

— Да, ты поступила со мной ужасно. – Интересно, она специально старается его расстроить? Может, ей нравится выбивать у него почву из-под ног ровно тогда, когда он хорошо проводит время?

— Да, я знаю, я виновата. Но сейчас ведь хорошо получилось, разве нет? – Она сжала руки, ломая пальцы. – Ну, то есть ты же как-то сказал, что теперь видишь меня иначе, и я подумала, что ты не расстроишься…

— Я правда тебя вижу по-другому. Совсем по-другому! – яростно закивал Джейк. – Ты была Маргаритой, а… а теперь Маргарита… это Маргарита, и… – Джейк вспомнил, как разговаривал с фотографией на стене – может, это все связано с его мамой. Или не связано? А то, что было на кровати, – может, это из-за Поппи. Из-за Поппи? Че-ерт. Ничего он не понимает в женщинах. И в жизни. Слишком сложно. А любовь сложнее всего. – Нет, я рад за тебя, Поппи! – воскликнул Джейк. Его накрыло смущением – слишком уж он завелся. – Я только из-за вранья расстраивался, – уточнил он, и ему стало легче, потому что это, возможно, было правдой.

Джейк снова сел на скамейку, тяжело выдохнул и заставил себя улыбнуться.

— Ну да ладно, наверное… – Он мог это сказать. Мог. Сейчас скажет. – Поздравляю. – Угу. У него все хорошо. Он спокоен. Она застала его врасплох, но ладно. Она врунья и обманщица, но и он тоже. Эта царапающая боль просто задетое эго. Глупость. Самовлюбленность. Это ничего не значит. – И да, не надо говорить Шону, – сказал он, махнув рукой – мол, ерунда.