Книга Нешуточная любовь, страница 35 – Бетти Коррелло

Я была единственной первогодкой, игравшей на струнных, и буквально утопала в море потных пацанов и девчонок с проколотыми носами, не обращавших на меня никакого внимания.

— Ладно! – крикнул мистер Дезидерио, не сводя глаз с наручных часов. – Давайте сделаем десятиминутный перерывчик, но никуда не уходите, сидите на местах!

Все дружно застонали. Сэм, надув губы, смотрела на меня из духовой секции. Я показала ей жестом сердечко. Она попыталась показать в ответ и чуть не выронила пикколо.

— Блин, чел, отдай мой медиатор.

— Я не брал.

— И куда он подевался?

Кто-то гортанно влажно рыгнул.

— Да блин, господи! – Я резко обернулась. – Вы можете хоть пятнадцать сраных секунд нормально себя вести, придурки?

Эдди, Джейк и Уайли уставились на меня огромными глазами. Эдди сидел позади, прислонив к себе контрабас, и поэтому больше напоминал пару больших карих глаз под серо-голубой шапочкой.

— Ого, – ухмыльнулся Джейк из-за пианино. – Какая злая.

— Злится, что ей не с кем идти на танцы. – Я не видела рта Эдди, но по голосу слышала ухмылку.

— Мне никто и не нужен, – напомнила я.

— Ага, конечно. Явно Джейка хочешь позвать.

— Фу. Без обид, Джейк.

Тот сыграл заунывную ноту.

— Без обид.

— Не с кем идти? – раздался позади голос. Я обернулась. Говорил Шоа – виолончелист с третьего года обучения. В старших классах существовало немало правил на тему красоты, но некоторые ребята вырывались из матрицы. Те, кто осмеливался обойти хрупкую экосистему Лиз Симпсон и Талли Мартино, становились легендами.

О Шоа и его друзьях ходили разные слухи. Они курили на переменах, сбегали из школы в обеденный перерыв, подкупая учителей «Тако Белл», приходили на выпускной пьяными и танцевали только с младшеклассницами.

Шоа был не просто красивым. Он был шикарным и обалденным. Иссиня-черные волосы, модные большие очки. Иногда он опаздывал на репетиции, с ног до головы пахнущий спреем для тела, и ухмылялся. Наши взгляды встречались пять раз. Хотя я, разумеется, не считала.

— Кхм, ага. – Я дернула себя за косу. Дурная привычка. – Не с кем.

Он повернулся, игриво улыбаясь. На фоне Эдди он казался взрослым мужчиной.

— И вы думаете, что она захочет пойти с вами? Ну-ну, пацаны, мечтайте.

— Да Дель ботанка, – влез Эдди. – Она просто прикидывается крутой.

— Это, брат, зрелость. – Он обернулся ко мне. – Одинокая волчица – это круто.

— Спасибо, – прохрипела я.

Репетиция закончилась после истерики Райанны, второгодки, играющей на кларнете, – сначала у нее началась астма, потом она разрыдалась из-за обветренных губ. Мы должны были закончить в пять, но задерживались уже на десять минут, и в ударной секции назревал бунт. Стив Фам в знак протеста начал бить в тарелки на счет один-три. По сути, мы буквально вынудили мистера Дезидерио отпустить нас.

Спортзал моментально опустел, и все разбежались под холодным дождем по машинам. Я сегодня по плану ночевала у Роджера – оставалась с ним максимум пару раз в месяц, и то исключительно ради Ба. Формально у них была совместная опека, и такими ежемесячными проверками Ба как бы говорила: «Я твою дочь воспитаю, но только посмей влезть в неприятности».

Мои встречи с отцом обычно состояли из неловкого ужина в «Пир-Поинте». Роджер заказывал мясо и делал вид, будто не мечтает поскорее сбежать. Я брала блинчики и сидела над ними, пока они не остынут. Затем откусывала один жалкий кусочек, вспомнив, что дома у Роджера сладостей не бывает.