Книга Его сводная победа, страница 35 – Анна Веммер

Но Румянцев смотрит не так, как члены жюри или болельщики. Он не выискивает косяки и не мчится в сеть, писать комментарии «Сереброва поправилась, катит очень тяжело, центровки на вращениях нет, надо уметь вовремя заканчивать».

Нет, Марк смотрит слегка обалдело и с плохо скрываемым восторгом. Давно на мои прокаты так не смотрели. В последнее время хорошо кататься – недостаточно для того, чтобы тебя любили. Хотя никогда не было достаточно.

— Очень круто, – искренне и серьезно говорит Марк.

Я, к собственному неудовольствию, заливаюсь краской.

— Спасибо. Ну что, готов? Выходи на лед. Стоял когда-нибудь на коньках?

— В детстве, в хоккейной коробке во дворе.

Он так забавно выползает на лед, держась за бортик, что я улыбаюсь и подъезжаю ближе.

— Стой! Ты так упадешь! Дай руки!

Он без перчаток, и через тонкую ткань своих я чувствую, какие теплые у него руки. Эта мысль слегка сбивает и, когда Марк поскальзывается, мы едва не падаем вместе.

— Согни ноги в коленях. Кататься на прямых ногах нельзя. Согнутые колени не дадут тебе упасть навзничь. К слову, об этом. Сначала поговорим о технике безопасности. Мы всегда падаем вперед, на руки. Если падаем назад, то пытаемся, как кошечка, перевернуться и упасть на лапы.

— Мр-р-р, – мурчит Румянцев. У него получается удивительно забавно и даже мило.

— Уверен, что не хочешь сдаться? Ты едва стоишь.

— Пусть мои шишки и синяки будут на твоей совести. Скажу папе, что ты меня била. А я, между прочим, только оправился от пневмонии. Как думаешь, тебе влетит, если твои узнают, что ты притащила меня на каток?

Черт! Я забыла про его пневмонию! Прошло достаточно времени, конечно, невозможно беречься вечно. Но, возможно, не стоило тащить его на лед.

— Значит, надо разобраться с испытанием и идти в теплое уютное местечко, где ты сможешь поплакать и пережить унижение.

— Зачем здесь конусы?

Я отпускаю Марка у бортика. А он неплохо схватывает: уже стоит и не делает попыток упасть.

— На тренировках нас иногда заставляли проходить полосу препятствий на скорость. Победитель получал какой-нибудь бонус от тренера. В основном купон на прощение опоздания или что-то такое. Раз уж мы в разных весовых категориях, то испытание очень простое. Кто быстрее объедет конусы «змейкой» – тот и победил. Ходом вперед, ходом назад и на одной ноге. Все понял?

Он смотрит на меня укоризненно и насмешливо.

— Что?

— Ты нечестно играешь, ледышка.

— Почему это?

— Ты профессионал. У тебя медали международных стартов. Это все равно, как если бы я решил посоревноваться с тобой в жиме лежа.

— Я бы и там тебя сделала. Спор есть спор, испытание соответствует условиям. А про таланты и навыки речи не было. Сдаешься? Зачесть тебе техническое поражение?

— Вот еще.

Неуклюже переставляя ноги, он ковыляет к первому конусу.

— Ну, хорошо. Начинаем с хода вперед. Раз… два… старт!

Ладно, это и правда нечестно, и на следующем испытании Марк наверняка отыграется, заставив меня перебирать карбюратор или что они там делают с машинами. Но счет будет 2:0 в мою пользу, а отказать себе в удовольствии я не могу.

Конечно, Марк падает, а я прихожу к финишу.

— Ты жив?

— Жив, – бурчит он. – Наверное…

— Сдавайся, братишка. Незачем терпеть унижения. Я унесу твою капитуляцию в могилу.

— Ход назад, – говорит он. – На старт?