Книга Убить Кукловода, страница 22 – Александр Домовец

— Я тоже подумал. А что он там тебе по пути толковал?

— Да так… ерунду всякую. В общем, странный тип. – Лаврентьев понизил голос. – Я хотел проводить его до номера, но он вырвался, дескать, сам дойду, и пошёл наверх. Я заглянул в службу размещения, спросил, нет ли сейчас в отеле российских постояльцев. Оказалось, что, кроме вас, никого нет. Такие дела.

— Очень интересно, – сказал Сеньшин, откидываясь на высокую спинку стула. – Агент Кукловода?.. А чего хотел? Сесть рядом и что-нибудь подсыпать в еду? Ерунда. Перестрелять или кинуть гранату можно без всякого спектакля… Что ещё? Установить ментальный контроль? Сразу над шестерыми – нереально. Так что же?

— Может, человеку поговорить хотелось. Отсоветовать нас лезть в пещеру, например, – предположил Аликов.

Сеньшин кивнул.

— Похоже, что так. Но не просто поговорить, а впарить нам какие-то сведения, которые осложнили бы экспедицию, посеяли панику, сбили боевой настрой. Заставили дёргаться, в конце концов.

— Ну да. По команде Бендера Паниковский бежит к Корейко с криком «Дай миллион!». И подпольный миллионер в шоке, – иронически сказал Колесников.

— Что-то в этом роде, – согласился Валерий Павлович.

Сергей нахмурился. Этого человека он, безусловно, видел впервые, но было ничем не объяснимое ощущение, что всё-таки они где-то встречались. Внутри, словно счётчик Гейгера при появлении радиоактивных частиц, что-то щёлкнуло: опасность!

— Ладно, – сказал он. – Давайте ужинать – и на боковую. Всё-таки тяжёлый день – перелёты, смена часового пояса. А что касается этого земляка… Не знаю. Может, на воду дуем. Но, во всяком случае, Лаврентьеву благодарность – мигом сориентировался и отсёк нежелательный контакт.

— Надолго ли? – проворчал Колесников.

Тут появился официант с заказанными салатами, и все занялись едой.

После ужина поднялись к себе на третий этаж. У своей двери Сергей неожиданно остановился и поднял руку. Некоторое время он стоял с закрытыми глазами, словно прислушиваясь к чему-то, затем повернулся к своей команде.

— Входить нельзя, – хрипло сказал он.

— Это ещё почему? – изумился Аликов, мечтавший рухнуть под одеяло.

— Номер заминирован.

Саша издал невнятный звук и сделал шаг назад.

— Ты как определил? – озадаченно спросил Макеев, исподлобья глядя на командира.

— Без комментариев, – отрубил Сергей.

— Но…

Сеньшин сжал ему плечо.

— Тебе же сказано: без комментариев, – мягко заметил он, и добавил, обращаясь уже к Сергею: – Дверь, да?

— Она самая… Взрывчатка прилеплена скотчем…. Сдетонирует при открытии…

Колесников вытер мгновенно вспотевший лоб.

— Вот же, ангидрит твою в перекись водорода, – замысловато выругался он. – И что теперь делать? Полицию вызывать? Сапёров?

— Ни в коем случае, – резко сказал Лаврентьев. – Попадём под наблюдение – раз, от журналистов не отобьёмся – два, экспедицию можно сворачивать три… Надо что-то другое. Без шума!

Макеев подал голос.

— Дима совершенно прав, – медленно произнёс он. – Обойдёмся без полиции и сапёров.

— Что ты предлагаешь? – спросил Сергей.

— У вас в номере дверь на лоджию открыта? – ответил Макеев на вопрос вопросом же.

— Открыта, – сказал Саша. – Я её специально так оставил. Люблю, понимаешь, свежий воздух.

— Уже проще. Короче, я со своей лоджии перелезу на вашу, пройду в комнату и разминирую дверь. А вы пока идите в бар. Незачем в коридоре толпиться. И в нашем номере оставаться не надо, ведь если что… А потом я позвоню, и вы вернётесь.