Книга Тетрадь князя Путятина, страница 49 – Елена Дорош

Эта фраза была сочинена заранее и должна была завершить встречу, но Базиль внезапно остановил ее, уже повернувшуюся, чтобы уйти.

— Вам следует быть осторожнее. Нельзя доверять непроверенным источникам.

— Конечно. До свидания, Базиль. Встреча как договаривались.

— Через портье «Отеля де Пари» на бульваре Мадлен.

Базиль пошел прочь. Анна постояла немного, глядя на пьяную нимфу и думая о том, что Базиль какой-то странный.

Или она просто никогда не видела шпионов?

Покинув пределы сада, она почти не удивилась, увидев автомобиль Егера.

На этот раз за рулем сидел он сам и, ни слова не говоря, распахнул перед ней дверцу.

— Разве это не опасно, встречать меня здесь? Связной может быть недалеко.

— Слежки за тобой нет, – коротко ответил он.

Однако ехали они, все же делая, как сказала бы Фефа, «кругаля».

Значит, все-таки есть смысл подстраховаться.

Всю дорогу Егер был хмур и молчалив, но уже у него в доме вдруг спросил:

— Что ты знаешь о своем кураторе в Москве?

Анна не удивилась вопросу.

— Скорняк в Госбезопасности десять лет. До этого работал по партийной линии на Украине. Родом со Смоленщины. Из семьи железнодорожников. Это он сам о себе рассказал. Особо не распространялся, по понятным причинам.

— Ничего странного в нем не заметила?

— Что за вопрос?

— Не торопись. Подумай. Ничего настораживающего? В Госбезопасности разные люди работают. Какого ты о нем мнения?

— Мы мало общались. Два дня. К тому же он в основном инструктировал меня и только.

— И все же. Ты профессионал и умеешь «читать» людей.

— Скорняк произвел позитивное впечатление. После первого разговора я подумала, что таким и должен быть настоящий чекист. Знаешь, горячее сердце, холодная голова, чистые руки, как сказал Дзержинский.

— Со всех сторон правильный?

— Со всех.

— Тебя это не насторожило?

— Нет. Наоборот, успокоило. Поняла, что ему можно доверять. Таким было мое первое впечатление.

— То есть было и второе?

— Однажды в голове мелькнуло, что эта подчеркнутая глянцевость демонстрируется специально для меня.

— Ты подумала, что он неискренен?

— У меня не было причин так думать.

— И все же ты уловила диссонанс.

— Возможно.

Ее голос вдруг изменился.

— А теперь объясни, будь любезен, к чему эти вопросы? Ты не доверяешь именно Скорняку или вообще всем, кто послал меня сюда?

«Наверное, таким тоном она допрашивает подозреваемых», – подумал Кама и не отвел взгляда.

— У меня есть подозрение, что Скорняк не тот, за кого себя выдает.

— Подозрение? Ты что, знаешь его?

— Возможно, да.

— А конкретнее?

На его лице она уловила тень сомнения и надавила уже по-настоящему:

— Или ты говоришь все как есть, или идите к черту, господин Уэйн!

Она сделала попытку встать. Удержал Джокер. Схватил за подол и потянул вниз.

— Спасибо, старина, – невозмутимо произнес Кама и вдруг улыбнулся.

— Что? – раздраженно крикнула Анна.

— Отвык от непослушания.

Он хотел добавить «женщин», но вовремя одумался.

Однако и этого было достаточно, чтобы Анна раскалилась добела.

— Ты меня за кого держишь? – начала она, не собираясь выбирать выражения.

Дверь приоткрылась, пропуская поднос с кофейником, который нес как всегда безмолвный и с виду ко всему безучастный Яков.

— Спасибо, – выдавила Анна, принимая от него чашку.

Возбужденная сверх меры, она не заметила, как мужчины обменялись взглядами и Яков незаметно кивнул на немой вопрос Камы.