Книга Роковой 53-й. Смертельные игры, страница 203 – Елена Прудникова

Короче говоря, документ этот небезынтересный, возможно, даже состряпанный довольно рано, но с юридическими и рядом не лежавший. Что это может быть? Закрытое письмо, распространяемое по партийным каналам, запись речи кого-то из партийных вождей на соответствующем собрании, а скорее компиляция из нескольких таких источников. Факты в нем содержатся любопытные, даже, возможно, имеющие некоторое отношение к делу, компрометируют они «ленинградцев» основательно, вот только к Уголовному кодексу, а значит, к подлинному обвинительному заключению, никакого отношения не имеют^[145]. Так что с обоснованностью реабилитации проблем не возникает… Вот только кто докажет, что это и есть обвинительное заключение, которое легло на стол Сталину?

В книге «Ленинградское дело» напечатаны выдержки из приговора В 1938 году подсудимые «объединились в антисоветскую группу с целью превратить ее в опору по борьбе с партией и Центральным Комитетом ВКП(б)»… Действовали они «с целью отрыва Ленинградской организации от ЦК ВКП(б) и в намерении превратить Ленинградскую организацию в свою опору для борьбы с партией и ее ЦК…».

Они расставляли своих сторонников по всей стране, чтобы, «опираясь на таких антипартийных людей и имея в руках Ленинградскую организацию, взорвать партии изнутри и узурпировать партийную власть…».

Еще они, «действуя как раскольники, подрывали единство партии, распространяли клеветнические измышления в отношении ЦК ВКП(б), вынашивали и высказывали изменнические замыслы о желаемых ими изменениях в составе Советского правительства и ЦК ВКП(б)».

Ну и, кроме того, подрывали бюджетную дисциплину, нарушали государственные планы и снижали тем самым эффективность работы народного хозяйства страны. Впрочем, «приговор» явно перекликается с «обвинительным заключением», о котором мы уже говорили, и тоже ничего общего с Уголовным кодексом не имеет. Вот только кто докажет, что эта бумажка является тем самым приговором, который был зачитан 30 октября 1950 года в Ленинградском Доме офицеров?

Приведем, для сравнения, подлинный приговор состоявшегося весной 1938 года суда по делу «правотроцкистского блока». Подсудимые тоже принадлежали к партийной верхушке, а культура юстиции, кстати, была гораздо ниже. И вот как выглядит общая часть:

«Подсудимые… являясь непримиримыми врагами Советской власти, в 1932–1937 годах по заданию разведок враждебных СССР иностранных государств организовали заговорщическую группу…

Право-троцкистский блок поставил своей целью свержение существующего в СССР социалистического общественного и государственного строя, восстановление в СССР капитализма и власти буржуазии путем диверсионно-вредительской, террористической, шпионско-изменнической деятельности, направленной на подрыв экономической и оборонной мощи Советского Союза и содействие иностранным агрессорам в расчленении СССР…»

Это — приговор! А то, что выдается за таковой по «ленинградскому делу» — максимум закрытое письмо ЦК, связанное с процессом, а то и просто фальшивка, сделанная на основе этого письма.

Однако среди всей этой бутафории есть одна настоящая штука. Давайте задумаемся: а зачем выдавать эти цидулки за обвинительное заключение и приговор? Почему бы не опубликовать подлинники?

Ответ может быть один: в подлинном заключении, как и в приговоре, содержится нечто такое, что делает реабилитацию невозможной. Уже само наличие фальшивки показывает: «ленинградское дело» настоящее. Иначе зачем ее стряпать?