Книга Над темной водой, страница 69 – Алексей Макеев, Николай Леонов

— Чего ждать-то? — последовало новое всхлипывание.

— Брата ждите, — повторил спокойным тоном Лев Иванович. — Или — звонка от брата. Или — от меня. Если звонка от Василия так и не будет, то я сам к вам приеду утром. Есть у вас возможность не ходить завтра на работу?

— Позвоню, скажу, что приболела, — ответила Татьяна.

— Хорошо. Повторяю — если брат позвонит, то дайте мне знать. Если нет, то я приеду к вам — часов в десять. Договорились?

— Договорились, — эхом отозвалась Ревунец.

На том и распрощались. Гуров не стал пугать сестру Скачкова, что позвонить ей может не только ее брат, но и тот, кто его, возможно, похитил. Или, может, даже убил. И то и другое, по мнению Льва Ивановича, вполне могло случиться, учитывая, сколько всего Василий наболтал, себе на беду, за последние несколько дней. Теперь перед Гуровым встал вопрос — как ему все успеть за утро. Успеть отвезти Марию в какой-то магазин, в который она собиралась, успеть вызвать эвакуатор к театральной стоянке и отогнать машину жены в мастерскую, а потом к десяти часам добраться до Нахабино к сестре Скачкова… Похоже, все его планы спокойно изучить дело об убийстве Ксении Щегловой летели псу под хвост. Жизнь, как это обычно и бывает, вносила свои коррективы.

Лев Иванович посмотрел на циферблат настенных часов и удивился, сообразив, что уже начало четвертого утра. Спать или не спать — именно так стоял теперь перед Гуровым новый вопрос. Мысленно определив свое состояние, Лев Иванович решил все-таки лечь и попробовать поспать пару часов. Не желая будить жену, он прошел в гостиную и лег на диван. Сон не шел, как Гуров ни старался. Зато умом его овладели самые разные мысли. Причем мысли в основе своей были непоследовательны и обрывались, едва он пытался додумать хотя бы одну из них до логического конца. Это был явный признак усталости и переутомления.

Поворочавшись с боку на бок до половины шестого, Гуров встал и направился на кухню, чтобы заварить себе крепкий кофе. Едва кофе в турке закипел, как на пороге появилась заспанная Мария и задала ему ставший уже за много лет совместной жизни риторическим вопрос:

— Ты снова всю ночь не спал?

— Не спал, — ответил Лев Иванович.

— Крепкий кофе вредно пить так рано, — зевнула жена и добавила: — А еще вреднее пить его в полном одиночестве.

Лев Иванович, который сразу же понял намек, налил кофе и жене. Некоторое время они сидели молча. Гуров, чтобы не обжечься, отпивал напиток маленькими глотками, а Мария сидела и сонно смотрела на мужа, подперев подбородок ладонью. Потом сказала:

— Я так понимаю, что в магазин мне придется ехать на такси и машиной заняться тоже самой?

— Ну почему же, — улыбнулся Гуров. — У меня вполне хватит времени и на то и на другое.

«Единственно — не будет времени изучить дело Скачкова», — подумал он, но вслух этого не сказал.

Но Мария была не из тех жен, которые живут только своей работой и совершенно не интересуются работой, делами и привычками мужа, а потому она хорошо знала Льва Ивановича и даже то, что он может подумать в той или иной ситуации. Поэтому она сказала:

— Лева, мне кажется, что я сегодня вполне выспалась и смогу сама легко справиться и с вызовом эвакуатора, и с вызовом такси. Поэтому я освобождаю тебя от данного тобой мне слова посвятить мне свои утренние часы. Единственное, что меня беспокоит сейчас, — это как ты собираешься садиться за руль в таком-то состоянии.