Книга Дневник убитой женщины, страница 46 – Алексей Макеев, Николай Леонов

Он сделал так не только потому, что снова захотел уколоть Сойгородова: мол, пускай порыскает и подумает, какое завтра его ждет наказание за то, что было сорвано почти готовое раскрытие. Но еще и потому, что не хотел найти Ксению Лаптеву в присутствии этого наглого майора, потерявшего человеческое достоинство. А что он легко найдет сбежавшую женщину, Лев Гуров был уверен.

И оказался прав. Его машина отъехала достаточно далеко, чтобы скрыться из поля зрения дежурного и оперативника. Убедившись, что лишних глаз и ушей вокруг нет, полковник повернулся назад, распахнул дверцу и приказал собаке:

— Кукла, ищи.

Псина в один прыжок вылетела пулей из машины и исчезла тут же в просвете между двумя домами.

Шишкин, до этого не замечавший притаившуюся сзади собаку, подпрыгнул на переднем сиденье. Проводив взглядом черный силуэт, спросил:

— А псина откуда взялась? Вы ее все-таки подобрали? Зачем?

Лев вздохнул: молод еще лейтенант, не понимает, что лучше ко всем уважительно относиться, даже к собаке, тогда будешь и дела раскрывать. А так попадешь под влияние Сойгородова и станешь таким же ленивым и циничным.

Но вслух сказал:

— Идем! Сейчас собака нам с тобой поможет, тогда и псиной перестанешь ее называть.

Куклу нашли быстро, она скулила у первого подъезда облупленной трехэтажки и царапала лапой дверь. Домофон отсутствовал, и Гуров распахнул дверь. Собака рванула по ступенькам вверх, полицейские поспешили за ней. Но уже на третьем этаже погоня закончилась. Кукла заскулила и бросилась лизать лицо и руки забившейся в угол Ксении. Женщина обхватила шею бродяжки, уткнулась в шерсть лицом и замерла.

Лев сделал к ней шаг, но Кукла, которая еще недавно была ему рада, вдруг ощетинилась, зарычала на него, словно почуяв, что он хочет их разлучить. Опер остановился:

— Ксения, я не причиню вам вреда.

Женщина подняла заплаканное лицо и, покачав головой, произнесла:

— Мне уже никто не поможет. Отпустите меня, пожалуйста. Я подпишу все, что скажете. Любое признание, только можно я… сделаю то, что решила. Я все равно это сделаю, просто тогда… в СИЗО у них будут проблемы. Я не хочу никому мешать. Дайте лист, я поставлю подпись, а вы сами напишите, что нужно. Только не мешайте мне умереть.

Но Лев протянул ей руку:

— Ксения, я обещаю, даю слово офицера, что помогу вам. Но для этого нужно мне довериться.

Ксения смотрела на раскрытую ладонь, а полковник молчал в ожидании ее решения. Женщина тяжело вздохнула и все-таки протянула свою руку в ответ.

— Я не верю, что вы что-то сможете изменить. Но вы добрый, я видела это сегодня. Не знаю, что вы собираетесь сделать со мной. Но… когда все закончится, помните, вы мне обещали насчет Куклы.

Лев помог ей подняться на ноги.

— Когда все закончится, я позабочусь о ней. И о вас. Я всегда держу слово.

Он пропустил Ксению вперед.

— Идемте, садитесь в машину, Кукла тоже поедет и будет с вами сколько нужно.

Женщина с собакой спустилась вниз. Шишкин забежал вперед, опасливо заглядывал за плечо полковника, переживая, что задержанная снова сбежит. Но Лев Гуров шел спокойно, без суеты. Наконец-то его пазл сложился, теперь он знал, как действовать. В машине он нажал на педаль газа, и Роман снова занервничал:

— Не в ту сторону едем, нам же надо в участок!