Книга Тень за стеной, страница 53 – Валерий Шарапов

— Ничего еще не кончилось. Что ты имеешь в виду?

Эйхе, убрав газету, объяснил:

— Если ты про бюрократию, то дело в ремесленном, передали вместе с Щербиным. Если про Щербина, то я знал, что этим закончится потому, что малец он гнилой.

Катерина помолчала, переваривая информацию. Все-таки манера у него говорить очень странная. Потом продолжила:

— То есть Щербин – нехороший человек?

Виктор воспротивился такому прямолинейному выводу:

— Зачем так? По документам, по поведению он хороший. Москвич, даже из семьи интеллигентов, отец погиб в ополчении, мать – при эвакуации. Прописку потерял, бродяжничал. Судился несколько лет назад за квартирные кражи в составе шайки, но за малолетством и отсутствием достаточных улик оправдан.

— И что же, с тех пор – ни-ни?

— С тех пор не судился, – поправил Виктор, – а «ни» или не «ни» – не знаю.

— Твое мнение?

— Зачем? – подумав, спросил он.

— Затем, что ты человек опытный и больше меня понимаешь.

Эйхе сказал как бы в сторону:

— Вот на этой надо было жениться. Она видит, какое я сокровище.

— Виктор!

— Шучу я так, – успокоил он, – мое мнение: продолжает, но не попадается. Видишь ли, у него постоянно что-то есть – то масло, то прокладки, то свечи какие-то притащит. Рубцову что, Рубцов рад. А у меня вопрос: откуда деньги у сиротки из ремесленного? На стипендии, на мороженом наэкономил?

— Тогда почему не запретишь все это? Почему разрешаешь Рубцову пускать сюда этого «богатого сиротку»?

— И на что прикажешь ремонтировать автопарк? Фондов у нас как не было, так и нет, а тут любые блага досыта и без греха.

Катерина не выдержала, прыснула:

— А вы, Виктор Робертович, местами свинья.

— Не без этого, – признал он.

— Но что мне неясно: Щербину-то тут зачем ошиваться? Тратить свои деньги, доставать детали и прочее?

— Это я тебе навскидку не скажу. Думать надо, а я только поел.

— Может, из благодарности к тебе? Пригрел, дал путевку в жизнь?

— Ко мне вряд ли, – возразил Эйхе, – я ему не нравлюсь.

— Из любви к Рубцову?

— Я бы сказал, что Рубцова он считает наивным дурачком, но, может, и так.

— А может, Щербин тут с кем-то знаком, связи поддерживает?

— Ни с кем он не поддерживает, – возразил Виктор, – а знаком, конечно, со многими, в особенности с завсегдатаями. С тем же Штукиным.

Под ложечкой похолодело, в полном животе вдруг стало пусто, аж пальцы затряслись от предвкушения. Боясь, как бы не спугнуть удачу, Катерина спросила:

— Витенька, а вот Щербин, он каждый день тут ошивается или все-таки… – и тут же поняла, что и Эйхе прихватила нежданная догадка.

— А ведь интересно, Катя. Ну-ка… – Он отправился в свой кабинет и вернулся с кипой толстых папок.

По итогам изучения журналов регистрации поступления контингента и сопоставления с данными журнала товарища Чох выяснилось, что последние три раза пришествия в ДПР Васи Штукина совпадают по времени с визитами Щербина и…

Катерина ахнула:

— То есть как это – Савушкина?!

— Так и Савушкина, – подтвердила вахтерша.

— То есть оба раза Щербин приходил с девушкой?

— Ходила одна пацанка, в штанах, как мастеровой. Белобрысая, рот до ушей. Рубцов пропуск приносил, я и пропускала, а что?

В самом деле – что?

— Ушел уже Щербин? – спросила Катерина.

— Да, в двадцать часов ноль пять минут покинул территорию.