Книга Беспощадный целитель. Том 4, страница 29 – Константин Зайцев

Но даже один процент — это бесконечность по сравнению с нулём!

Нажав на кнопку, я открыл дверь, и она с лязгом распахнулась. Первое, что я увидел, шагнув вперёд, был свет.

Обычный электрический свет из лампы под потолком с обшарпанным плафоном, в который бился мотылёк, так страстно желавший сгореть. И, будем честны, красивее этого зрелища за последние двадцать восемь часов я не видел ничего.

Я чувствовал себя словно вновь стоял на развалинах Чёрного пика — последней защитной крепости на пути в Гнилые земли, когда шла волна. Из двух сотен бойцов, большая часть которых были одарёнными практиками, нас осталось лишь двадцать. Тогда моё тело болело почти так же. Сражаться несколько дней подряд без сна и отдыха — это не шутка.

Боль ощущалась в каждой мышце, каждое сухожилие готово было лопнуть, каждый сустав воспалился. Колени тряслись, руки дрожали, во рту стоял чёткий привкус крови — благо хоть не отравленной некроэнергетикой, — а футболка прилипла к спине от высохшего вонючего пота и выделившихся шлаков.

Всё это было снаружи. Но внутри… Небо, то, что было внутри, компенсировало для меня все сложности и проблемы.

Чёрное солнце вращалось медленно и лениво и одновременно с этим крайне тяжело. Маховик, набравший такую инерцию, что остановить его можно только вместе со Вселенной. Болотная энергия, застывшая в швах между осколками, мерно пульсировала. Вдох — крохотная капля силы рождается из ничего. Выдох — растворяется в каналах, питая их изнутри.

Мой мёртвый двигатель наконец заработал и из резервуара превратился в генератор. Это ли не чудо? По-хорошему нужно сделать замеры, подготовить картотеку и потом проверить на других. Ведь если можно исцелить разрушенное ядро, то это ли не величайший прорыв? Но кто сказал, что дело лишь в мастерстве Божественного Доктора? Где вероятность, что пробуждение Владыки Металла не повлияло на изменения? Или что для того, чтобы ядро заработало, нужен резонирующий осколок души потомка Повелителей духов?

К демонам всех и вся. В моём ядре сейчас шестьдесят шесть процентов наполненности, и для сломанного тела восемнадцатилетнего калеки из приюта, находящегося под моим контролем, это уже серьёзный запас. Если раньше я сражался из чистого упрямства, отказываясь сдохнуть, то теперь я уверен, что смогу развить свою регенерацию энергии. Даже если это будет половина или треть от нормы, мне хватит. А дальше уже можно будет задуматься о создании второго ядра. Стоп, Линь Ша, пока рано даже думать о таком. Сейчас надо дойти до границы между Залом Стихий и кабинетом смотрителя.

Шаг. Ещё один. Ноги едва держали. Зато каналы работали чисто. Энергия текла словно вода по широким руслам, а не сироп через забитую трубку. Правая рука, которая ещё вчера пропускала треть импульсов, отвечала почти мгновенно. Я сжал кулак, разжал, сжал снова. Импульс от ядра до кончиков пальцев занимал чуть меньше удара сердца. Раньше на это уходило почти три. Прогресс, просто поразительный. И покажи это местным докторам — одни не поверят, а вот другие затащат меня в лабораторию, чтобы препарировать как жабу.

Канал к мозгу, пробитый через затылочную пробку ценой такой боли, что я чуть не откусил себе язык, работал всё лучше. Восприятие стало шире, острее, глубже. Молодое тело тут же послало импульс, заставивший меня ухмыльнуться: теперь секс перейдёт на совсем другой уровень.