Книга Город Госпожи Забвения, страница 223 – Алекс Феби

И всё же, где Госпожа?

Присси вскарабкалась, потом опустилась, она раз за разом поворачивала за угол.

Ей пришло в голову, что, если к пирамидам в этом месте такое почтение, то все те, которые она видела, возможно, образуют собой одну большу́ю, вроде холма, на котором стоял Мордью. Чем больше она об этом думала, тем правильнее казалось ей это предположение, а еще ей пришло в голову, что если отсюда, с самого низа, где она находилась и видела землю только между самыми нижними камнями, она проберется наверх, насколько ей это удастся, то увидит вершину, если только таковая есть.

Попробовать определенно стоило.

Одна из пирамид поблизости была совершенно неправильной. Большинство из них имели ровные стены, а та, что перед ней, была собрана из обломков горы с выступами, за которые можно ухватиться, уступами, а еще трещинами, в которые, подумала Присси, она могла бы проникнуть. Она подошла к этой пирамиде и стала на нее забираться.

Дело это было непростое, она всё время ударялась коленками, царапала локти. Иногда, чтобы не упасть, ей приходилось дотягиваться до одной из малых плавающих пирамид и опираться на нее, полагаясь на то, что маленькая пирамида не рухнет вместе с ней, хотя, судя по ее виду, вполне могла рухнуть. Но всё же ей удалось подняться довольно высоко над землей.

Как она и думала, теперь в некоторых пробелах ей открылось небо. Ширина пирамиды наверху гораздо меньше ширины внизу, и она, поднимаясь всё выше, понимала, что вот сейчас вверх и налево будет край, потому что она видела облако, двигающееся в промежутке.

Ей приходилось выполнять сложные гимнастические и акробатические движения, чтобы пробираться выше, она вытягивала ноги, чтобы спина не мешала ей вклиниться в тесную щель, дотянуться до выступа и поднять свое тело еще выше. В конечном счете она оказалась на висящем высоко в воздухе каменном блоке средних размеров, а над ним – только небо. Блок отчасти опирался о склон.

Внизу виднелась залитая солнцем долина, и хотя в Мордью было мало травы – во всяком случае там, где жила она, – здесь травы было море, только не зеленой, а какой-то ядовито-желтой, как изображение лимона в бокале коктейля на рекламном плакате за баром Афанасийцев – искусственная, но всё же соблазнительная.

Высоко в небе летали большими стаями фениксы. Присси по привычке дрогнула и полезла назад в зазор, из которого только что вылезла, но, вернувшись чуть вниз, она поняла, что эта стая вовсе не собралась пикировать на нее. Они наводнили небо, весело порхали, взлетали вверх, а потом следовали друг за другом ровным строем. Никто из них не взрывался, не кричал, не ронял перья, которые, долетев до твоей лачуги, превращались в языки пламени. Судя по тому, что видела Присси, эти были в хорошем состоянии. Совсем не запущенные.

Они прекрасно проводили время.

Были тут птицы и поменьше – ласточки, стрижи и всякие такие, и, хотя они не сбивались в стаи, но были повсюду. Вдалеке она увидела что-то громадных размеров, вероятно, дракона, этот был жив и хлопал крыльями. На небе много чего можно было увидеть, и никто из этих крылатых, казалось, не замечал Присси, и она, опустила голову, посмотрела вниз.

Там, в траве, бродили стада коровьеголовых людей, они рвали траву и жевали ее, стебельки травы торчали из их ртов. Некоторые из них сидели, некоторые бродили, там и здесь попадались коровьеголовые дети, сосавшие груди своих коровьеголовых мам.