Онлайн книга «Глубокий рейд. Новые»
|
— Один без брони. Бах-х… Стальная картечь хлёстко щелкает об угол, выбивая из старого бетона крошку, с жужжанием рикошетит в разные стороны. Человек, так и не произведя выстрела, прячется за угол. Испугался… Оно и понятно. А прапорщик не торопясь дёргает затвор, загоняя новый патрон в ствол, целится и стреляет ещё раз туда же, в тот же угол дома. Для острастки, чтобы больше не было у бандитов желания выглядывать из-за него. А Николай наконец добрался до здания, присел там у стены на колено и доложил: — У них один — всё. — Ранен? — на всякий случай уточняет прапорщик. — Да какой там, на хрен… Он без брони был, — откликается Кульков. — Денис его угомонил, — и после, подобравшись к углу здания, выставив чуть вперёд щит и уложив на него ствол дробовика, он оглядывает местность и добавляет: — Держу двор. — Я пошёл налево, — Саблин встаёт, прикрываясь щитом и следя за углом дома, начинает двигаться вдоль берега, рядом с рогозом. Он проходит так метров тридцать, прежде чем по нему начинают стрелять из приоткрытой двери следующего дома. Та-та-та-та… Стреляют неплохо, одна из пуль бьёт в щит, ещё одна — в не прикрытый щитом правый наплечник. — Не вижу, откуда бьют! — сразу сообщает Кульков. — Второй дом, — говорит ему Саблин, — открытая дверь. Та-та-та-та… Две пули поднимают грязь рядом с ним… А ещё одна щелкает по правой «скуле» шлема. Рикошет, но весьма ощутимый. Даже правый монитор на секунду «поплыл». И тогда Саблин делает три выстрела подряд туда, в сторону приоткрытой двери. Бах-х… «Барсук» бьёт с резким хлопком, звонко. Один звук кого-нибудь робкого напугать может. Перезарядка. Бах-х… Перезарядка. Бах-х… А кроме громкого выстрела, ещё и очень наглядно: первый же жакан отрывает от двери большой, чуть не в половину, кусок пластика, второй бьёт в косяк, выбивая целую кучу пыли, а вот последний патрон доходит правильно. То была картечь, и вся порция уходит в дверной проём. — Пройду вперёд, — предлагает Кульков. — Возьму его на гранату. — Погодь, держи пока двор, — Саблин не уверен, что показались все враги, и почти бегом кидается к ближайшим зарослям борщевика, заваливается под трёхметровые стебли в прибрежную грязь; теперь его из открытой двери не видно. Прапорщик находится почти на уровне воды, он начинает быстро снаряжать своего «Барсука», а Карасёв снова в эфире, докладывает: — Опять передача, канал закрытый, источник где-то у вас там. И болтают не умолкая. — Орут, поди, там, — удовлетворённо замечает Кульков, — помощи у начальства просят немедленной. Скорее всего, Николай прав. «Это хорошо, хорошо… Это как раз нам и нужно». Аким загоняет пятый патрон в дробовик и думает о том, что должен Глаз приехать сюда на помощь своим бойцам, обязательно должен, а иначе что он за атаман. Он шевелится, прикасаясь к стеблям борщевика, и видит, как с жёлтых зонтиков растения падают капли ему на пыльник. Сразу те места, куда упали капли, становятся не чёрными, а белыми, кислота моментально разъедает ткань. На этих местах остаются дыры. Но ему сейчас не до пыльника, он чуть приподнимается, чтобы поудобнее уложить дробовик, и… Та-та-та-та-та… Ему в камеры летит грязь, сверху на него падают зонтики ядовитого растения. Одна пуля снова шлёпает в щит. «Ты глянь, заразы какие, не успокаиваются». |