Книга Пароль: рододендрон, страница 96 – Татьяна Солодкова

— Что это был за чай? — со знанием дела спросил Гриша, стоило Алексу начать рассказ, младший брат сразу посерьезнел и перестал кидать в Ксюшу взгляды-молнии.

— Обычный «Набор для блокировки номер три», — поморщился Алекс, поймал мой недоумевающий взгляд и пояснил для нас с Ксюшей: — Несколько самых обычных травок, которые можно купить в аптеке в свободном доступе, смешиваются вместе и дают вот такой чудный эффект: лишает одаренного сил от двенадцати часов до суток, в зависимости от концентрации. Специфического запаха почти не имеет, вкус «гасится» обычной заваркой, не фонит. Короче говоря, простая и эффективная штука, которую почти невозможно определить.

Ксюша присвистнула:

— И как же себя от нее обезопасить?

Гриша снова сверкнул на нее глазами и пояснил сам:

— Не пить с теми, кому не доверяешь.

— С тобой — больше не в жизни, — не осталась в долгу Ксюша.

Я закатила глаза. По-моему, им нужно уединиться и решить все разногласия полюбовно.

— Так вот, — продолжил Алекс. — Когда мы оба поняли, что «Набор N3» сработал, пришли Голубевы громилы, и меня повязали. После чего Никита спокойно, и уже не скрываясь, позвонил Валентину и сообщил, что дело сделано, и я, и булавка у него. Валька потребовал немедленно передать ему сие богатство, но Голубев начал торговаться и набивать цену. Потом сказал, что передаст меня и артефакт ему утром, а пока намерен лично обсудить условия. Вот, в общем-то, и все.

— Боже, какой я дурак, — простонал Гриша. — Валька все это время знал, и играл мной, как куклой.

Алекс посмотрел на брата без тени сочувствия.

— Когда предаешь кого-то близкого, нужно хотя бы знать, ради чего ты это делаешь. А не так, из чувства протеста.

Григорий насупился, но не нашел, что сказать. По мне, так Алекс был к нему излишне жесток, но в отношения братьев я лезть не собиралась. Алексу виднее, должно быть, просто Гриша из тех, кто не поймет, пока его не ткнут носом в реальность.

— И что теперь делать? — вид у Лазовского-младшего был совсем растерянный и беспомощный.

Этот вопрос интересовал и меня. Если раньше Валентин использовал Гришу и смотрел сквозь пальцы на его «перебежку» к Голубеву, работающему на него же, то теперь обстоятельства изменились. Раньше он сам воспринимал это как игру, но спасение Алекса — чистой воды предательство, открытое неповиновение, а такого Валентин не прощает. И если он уже был готов убить «такого полезного» Алекса, то в участи Гриши можно было не сомневаться.

Похоже, Алекс подумал о том же.

— Тебе нужно бежать, — сказал он брату.

— Куда? — испугался тот.

— Подальше.

— Думаешь, он меня не найдет?

Хм, интересный вопрос.

— Найдет, если захочет, — ответил Алекс, — но у него и без тебя полно проблем, например я, — он недобро улыбнулся. — А вот если попадешься на глаза — боюсь представить, на что Валька способен в гневе.

При последних словах Гриша побледнел и выпил свой уже остывший кофе залпом.

— Думаешь, он меня убьет?

Лично я еще как думала.

Алекс не был так категоричен. Он помолчал несколько секунд, задумчиво изучая сцепленные на столе руки, потом ответил:

— Гриш, я не знаю.

Честное слово, даже если бы он сказал уверенное «да», это не звучало бы так жутко.

— А ты? — вскинулся Григорий. — Как же ты? Если я сбегу, ты останешься совсем один.