Книга Тигель, страница 121 – Влада Медведникова

Он вслепую поднес свисток к губам. И лишь когда затих тоскливый звук, огляделся по сторонам.

Переливчатый утренний свет скользил по дальнему гребню гор, по изгибам холмов и извилистому сухому руслу. Ветер гнал пыль, перекатывал мелкие камешки, но небо оставалось прозрачным и чистым. И нигде, даже в самой дали, не сверкали тела шаманок-молний.

— Риза и Хиши здесь нет, – устало проговорил Грах.

Это правда его слова или мираж третьего мира? Стоило подумать об этом, и клеймо отозвалось привычной болью, а браслет нагрелся и потяжелел. Значит, правда.

— Молния осталась тут, – продолжал Грах, – а они прыгнули во второй мир. Поднимайся следом.

Креж дотронулся до плеча – от прикосновения клеймо засаднило сильней. Шаман грозился, что рабу не скрыться от него ни в одном из миров, но так ли это? Может, пришло время ослушаться. Остаться здесь, отыскать Молнию – пусть исполнит обещание, прокусит оберег. И тогда…

Тогда Креж, может, и избавится от Граха, но останется рабом Молнии. Рабом шаманки, живущей среди миражей. Он уже поверил ей несколько раз, и что вышло?

— Хорошо, – сказал Креж. – Постараюсь их догнать.

Второй мир так прекрасен!

Креж вдохнул полной грудью, окунулся в мешанину запахов и на миг позабыл обо всем. Ароматы кувшинок и лилий, прибрежных зарослей и речной воды – все полнилось чистотой и прохладой. Всюду сияла жизнь, бескрайняя и яркая. Можно черпать ее горстями, пить и не беспокоиться ни о чем, ничего не бояться. Здесь нет когтистых ларков, нет яда в соках растений и нет миражей.

Когда-то и в этом мире таились опасности. Но искатели давно уже изучили здешние угрозы, нашли все ловушки и избавились от них. Но и диковины тут давно закончились, теперь второй мир – место обучения и отдыха.

Синие травы тянулись к лазурному солнцу, полупрозрачная осока шелестела на берегу, на волнах покачивались голубые кувшинки. Стрекотали сверчки, вскрикивала птица. Река текла по равнине, ширилась, разливалась вдали бескрайней заводью.

— Красиво, – сказал Грах.

Выходит, он не только слышит, что творится вокруг, но и смотрит глазами Крежа.

Пускай. Хорошие мгновения лучше делить с кем-нибудь, и, раз больше никого рядом нет, подойдет и шаман из нижнего мира.

— Даже Дворец не красивее, – согласился Креж.

Тень страха шевельнулась в сердце. Такие слова – святотатство. Разве может что-то сравниться с Дворцом, с жилищем ослепительной и грозной Королевы? Но и там, в самом прочном и надежном месте, Крежу не было так спокойно, как под лазурным небом второго мира. Но ведь где-то еще он чувствовал себя столь же безмятежно? Да, в детстве, в Хрупких Долах, когда засыпал под колыбельную Росы. Не эта ли песня мерещилась сквозь плач шаманского свистка? Того самого, что он все еще сжимал в кулаке.

— Совсем забыл, – пробормотал Креж. – Нужно сыграть.

Трель рассекла воздух, и лазурный мир откликнулся. Осока зашелестела, склонилась, ярче вспыхнули блики на воде, кувшинки и лилии раскрылись полнее. В шепот ветра вплелись певучие голоса аи: их эхо еще звучало, когда Креж опустил свисток.

— Верно, – сказал Грах. – Ты все сделал правильно.

Раз он не напомнил, выходит, тоже забыл. Должно быть, погрузился в шаманский транс, следит за путешествием своего раба и теряет силы. Потому и говорит так устало и не приказывает, а хвалит. Креж невольно усмехнулся. С таким Грахом проще поладить.