Книга Выбор леди Мэри, страница 27 – Надежда Соколова

Но вода была тёмной, глубокой, и в ней колыхались отражения свечей — двенадцать маленьких огоньков, которые дрожали и тянулись друг к другу, сливаясь и снова расходясь. Моё лицо, искажённое лёгкой рябью, которую я не замечала, пока не вгляделась, выглядело чужим, будто я смотрела на себя со стороны, через время или расстояние. Я смотрела в свои глаза, и они казались мне больше, чем обычно, тёмными и неподвижными, и я думала: «Что меня ждёт? Кто будет моим мужем? Будет ли у меня семья?» — и эти вопросы, которые я редко позволяла себе задавать, повисли в тишине, как капли, упавшие в воду. Я чувствовала, как моё дыхание становится глубже, как я слегка наклоняюсь вперёд, и как свет свечей начинает плыть, меняя свои очертания, будто вода дышала вместе со мной. И в этом движении, в этом дрожании огней и теней, мне показалось, что я вижу что-то — неясное, размытое, похожее на контур, на силуэт, который то появлялся, то исчезал, и я не могла понять, был ли он настоящим или просто игрой моего воображения, уставшего от дневных забот. Я сидела неподвижно, боясь дышать слишком громко, и чувствовала, как Лидия рядом тоже замерла, глядя в свою чашу, и как тишина вокруг нас становилась плотной, почти осязаемой, как вода, которая держала наши отражения.

Я сидела неподвижно, чувствуя, как мои колени начинают слегка затекать от долгого сидения на твёрдом полу, но я не смела пошевелиться, боясь спугнуть то, что происходило в воде. Прошла минута, другая. Свечи горели ровно, и их пламя почти не колебалось, только изредка вздрагивало от невидимого сквозняка, и тогда тени на стенах начинали свой медленный танец. Я смотрела в миску, в эту тёмную, неподвижную гладь, и мои глаза постепенно привыкали к полумраку, к игре света и тени на поверхности воды. Мне показалось, что отражение начало плыть — или это дрожали свечи, отражаясь в воде, создавая причудливые узоры из золота и тьмы. Я моргнула, пытаясь сфокусироваться, и в тот момент, когда веки на мгновение сомкнулись, вода будто бы выдохнула — и я ясно увидела: силуэт мужчины, высокого, в плаще, который развевался за его спиной, хотя ветра не было, и рядом — маленькие фигурки, две, а может, три, они стояли близко друг к другу, как семья, ожидающая кого-то. Я задержала дыхание, вглядываясь в эту картину, пытаясь запомнить каждую деталь — как плащ касается земли, как маленькие головы склонены друг к другу, как одна из фигурок будто тянет руку вверх, к мужчине. Я моргнула снова — и картинка исчезла, осталась только рябь, расходящаяся кругами от центра, будто кто-то невидимый коснулся поверхности воды.

Я перевела дух, и только тогда поняла, что моя грудь сжалась, а в горле пересохло, будто я не дышала все эти секунды. Я облизнула губы и почувствовала, как сердце бьётся ровнее, возвращаясь к привычному ритму. Свечи вокруг меня всё так же горели, их свет струился по воде, и я смотрела на неё, уже не видя ничего, кроме собственного отражения, которое постепенно успокаивалось вместе с рябью. Я подняла глаза и встретила взгляд Лидии — она сидела напротив, сжимая край пледа, и её глаза были широко раскрыты, полные ожидания.

— Что увидели? — прошептала она, и голос её был таким тихим, что я едва расслышала его сквозь потрескивание свечей.