Книга Приключение в Зиму, страница 195 – Катарина Ёлохова

Потому что хуже этой боли может быть только одно — увидеть, как мой любимый сгорает на глазах, и при этом ничего не делать.

— Скайлор, милый, — зову его. И в этот раз он, наконец, поворачивает голову в мою сторону.

Горящие глаза смотрят на меня пристально, заинтересованно. Но я не вижу в них узнавания. И от этого мою грудную клетку простреливает болью в разы хуже, чем от раскалённого доспеха.

— Это я, — не оставляю попыток достучаться до него. — Твоя кошка…

И только в этот момент, когда слепой животный страх за него разжимает клешню на моём горле, до меня вдруг доходит: на Скайлоре нет ни следа от ожогов. Ни единого.

Пламя танцует вокруг него, как сотня почитателей вокруг идола. Обвивает его плечи, руки, торс и ноги, точно горящие лозы. Скользит по коже, местами покрытой копотью. Лижет волосы, превращая некоторые пряди в жидкий огонь. Пожирает остатки ткани на груди и подбирается к брюкам.

Но не испепеляет его.

Наоборот.

Оно словно принадлежит ему.

— Солнце моё, — я тяну к нему руку, и вижу, как его пламя устремляется к моим дрожащим пальцам. Оно жадно облизывает их, как редкое лакомство. Но… не обжигает. А приносит лишь то тепло, которое возникает, когда протягиваешь руки к костру в попытке согреться.

Любимый моргает. Огонь в его глазах меркнет, а вместе с ним и забвение. Он смотрит на меня своими пленительными ореховыми глазами, в которых, наконец, виднеется узнавание.

— Ли… ада?.. — произносит он хрипло, и слёзы облегчения мгновенно застилают мне глаза.

— Да… — мой голос ломается. — Как же я перепугалась!

Я бросаюсь к нему на шею. Носом зарываюсь в ямку под ключицей, пачкая нос чёрной копотью. И вдыхаю его аромат спелых яблок, смешанный с запахом гари.

Скай не спешит обнимать меня в ответ. Он стоит неподвижной статуей, глядя на меня каким-то неверящим взглядом. И силится что-то сказать. Но из его приоткрытого рта не выходит ни звука.

Я слышу, как неистово колотится его сердце. Так, будто оно стремится разломать рёбра и вырваться из тесной клетки, которая по какой-то причине стала для него слишком мала.

— Ты… настоящая? — выдыхает он, и прежде чем я успеваю что-то ответить, его руки смыкаются вокруг меня железными тисками.

Скайлор зарывается своим носом в мои собранные в косы волосы. Шумно вдыхает мой запах. Оставляет на макушке долгий поцелуй. Такой, словно мы виделись не час назад, а лет пять.

Понятия не имею, что с ним случилось. Но я до одури, до зашкаливающего пульса и беззвучных слёз рада, что он цел. Что стоит передо мной — горячий, пахнущий гарью и яблоками, — и сжимает меня так крепко, что трудно дышать.

— Настоящая, — шепчу я и чувствую, как под моими губами его кожа покрывается мурашками.

Он мягко разрывает наши объятия. Его пальцы смыкаются на моём подбородке и приподнимают моё лицо.

Я встречаюсь с его взглядом и на мгновение забываю, как дышать. В ореховой глубине его глаз всё ещё тлеет огонь. Но не тот пустой, слепой и пугающий, который смотрел сквозь меня несколько минут назад. А другой: живой, яркий, опасный и… голодный.

Чудовищно голодный.

— Скай… — начинаю я, но он не даёт мне договорить.

Его пальцы сжимаются на моём подбородке. Свободная рука ложится мне на талию и рывком притягивает меня к себе — так, что из моих лёгких вышибает весь воздух.