Книга Фермер для городской. Стратегия очарования, страница 36 – Ксюша Федотова

— Не надо, Гриш. Ничего не говори. Не разрушай этот момент. Мне сейчас не нужны никакие признания, никакие слова. Просто побудь со мной. Посиди рядом.

Григорий бессильно опустил плечи. Слова правды снова оказались заперты внутри, превратившись в ядовитый свинец.

Они замолчали. На кухне воцарилась густая, предрассветная тишина. За окном медленно бледнело небо, первые робкие лучи июльского солнца коснулись верхушек деревьев и заглянули в окно, расцвечивая комнату мягким золотом. Они сидели друг напротив друга, пили остывающий чай, и это утро могло бы стать самым счастливым в жизни Григория. Если бы не привкус неминуемой катастрофы, которая зависла над ними.

— Вика, — тихо позвал он, разрушая молчание. — Ты... иди в комнату, ложись на кровать. Поспи еще пару часов, тебе нужно отдохнуть. А я тут, на диване у телевизора улькну. Не бойся, я рядом, никто тебя не тронет.

Она благодарно улыбнулась, сбрасывая плед:

— Спасибо тебе, Гриша. Мой спаситель.

Она тихо ушла в комнату, аккуратно прикрыв за собой дверь. Григорий остался сидеть за столом, тупо гипнотизируя взглядом пустую кружку. В груди пекло. Завтра... завтра он расшибется в лепешку, но найдет способ во всем признаться. Так больше продолжаться не могло.

А в это время на чердаке соседского дома, утопая в вековой пыли, капитан полиции Виктор Андреевич допивал остатки теплого кваса. Он аккуратно пристроил пустую бутылку за сундуком, довольно зажмурился и тихонько почесал затылок, собрав им изрядную порцию паутины.

— Всё идет строго по плану, — довольно прошептал стратегический гений Кыша. — Боже, ну и дыра у нее тут, конечно. Грязища — жуть. Но чего не сделаешь ради счастья лучшего друга и расширения фермерских угодий!

Он поудобнее завернулся в дырявый шерстяной половик, положил голову на старый кирзовый сапог и с чувством выполненного долга крепко заснул, ожидая рассвета, чтобы незаметно эвакуироваться с места проведения успешной спецоперации.

Утро для доблестной полиции Кыша началось с тихого, многоэтажного мата. Виктор Андреевич, кряхтя и собирая спиной вековую пыль, пузом вперед выползал из чердачного люка. Ночной триумф стратегической мысли обернулся утренней катастрофой: затекли абсолютно все мышцы, в усах запуталась паутина, а в левом кроссовке подозрительно кололась сухая солома.

— Ну и трущоба, — проворчал капитан, отчаянно чихая и пытаясь отряхнуть гражданский спортивный костюм. — Ради Гришкиной личной жизни я, считай, на амбразуру лег. Надеюсь, этот танк в кустах оценит масштабы подвига.

Виктор замер, чутко прислушиваясь. Внизу царила звенящая тишина. Спецоперация «Кавалер идет на помощь» завершилась оглушительным успехом: Вика ночью домой так и не вернулась, а значит, до рассвета грелась на Гришиной кухне. Задачей номер два было незаметно эвакуироваться.

Придерживая рукой скрипучую входную дверь, Виктор тенью выскользнул на крыльцо. Он уже почти добежал до своего уазика, припаркованного в кустах за переулком, как вдруг со стороны соседского двора хлопнула калитка. Из дома фермера, кутаясь в оверсайз-куртку, быстрой походкой шла Вика. Капитан едва успел ласточкой нырнуть на заднее сиденье машины, затаив дыхание.

Вика выглядела заспанной, растрепанной, но... совершенно счастливой. Она шла, едва заметно улыбаясь своим мыслям.