Книга Сквозь облака. Том 3, страница 12 – Хуай Шан

— Угораздило же меня выйти за такое животное!

Господин Янь взял жену за руку и заплетающимся языком протянул:

— Дорогая, мне сегодня так хорошо… Мы столько лет вместе…

Цзэн Цуй высвободилась из его некрепкой хватки и ткнула пальцем в лоб Янь Се:

— А за какие грехи мне достался такой сын?

— Ну всё, всё… – Майор нетвёрдо стоял на ногах, спрятав одну руку в кармане брюк, а другой опираясь на плечо Цзян Тина, и невозмутимо глядел на мать. – Поезжайте домой, с визитами не частите… И не ругай папу!

— От свиньи и той больше пользы, чем от тебя! – в сердцах воскликнула госпожа Цзэн Цуй. От злости на висках у неё вздулись вены. – Сяо Лу, прости за этот цирк! Я как-нибудь загляну к тебе поболтать, и ты не стесняйся, приходи к нам!

Цзян Тин боялся, что Янь Се ляпнет что-нибудь, поэтому вежливо кивнул и помог посадить господина Яня в машину. Когда завёлся двигатель, стекло опустилось, и показалось лицо госпожи Цзэн Цуй.

— Ма, ты что-то забыла?

Женщина поколебалась мгновение, затем достала мобильный и отправила сообщение. Телефон Янь Се тотчас пропищал.

— Потом прочитаешь, – велела она и обратилась к капитану: – Сяо Лу, спасибо за обед! Ждём тебя в гости!

У Цзян Тина задёргался глаз. Он собирался в очередной раз напомнить, что они с Янь Се просто сослуживцы, но машина уже рванула с места, оставив после себя лишь облако выхлопных газов.

— Что тебе написала мать?

Янь Се достал мобильный и увидел на экране сообщение от шикарной женщины Цзэн Цуйцуй: «Живите мирно и будьте друг другу опорой!» Майор сделал вид, будто у него подкосились колени.

— Тише, тише… У меня кружится голова, я слишком много выпил…

Опираясь на Цзян Тина, Янь Се нетвёрдой походкой двинулся обратно к дому по длинной аллее. Он напоминал разящий перегаром боксёрский мешок.

— Ты специально их пригласил, да? – холодно спросил Цзян Тин.

— Конечно, нет…

— Что ты им наплёл?

Довольный собой, майор уже приготовился хвастать смекалкой, но краем глаза взглянул на Цзян Тина и сразу поменял план. Схватившись за голову, он простонал:

— Ох, башка раскалывается. Всё плывёт, не могу идти… Помоги…

По окончании полицейской академии Янь Се несколько лет отработал в участке и успел повидать сотни пьяных дебоширов, поэтому теперь безупречно отыгрывал роль. Его страдания не оставили равнодушным даже мальчишку-соседа.

— Мама, ты видела? У того длинноногого дяди такое грустное лицо. Он болеет, да?

Да, длинноногий дядя был болен. На всю голову.

Цзян Тин с невозмутимым видом ускорил шаг, лишая гениального актёра возможности продемонстрировать свой талант случайным прохожим.

Цзян Тин открыл глаза, мучимый похмельем, и с трудом сфокусировал взгляд на будильнике на прикроватной тумбочке: без пятнадцати два. Капитан сел. Вместо пижамы на нём была свободная белая футболка, мягкая ткань источала запах солнца. Он зажмурился.

В былые времена организму Цзян Тина требовалось не больше тридцати секунд, чтобы перейти от глубокого сна в состояние полной боевой готовности. Сегодня же на одну только борьбу с головокружением из-за низкого давления у него ушло добрых десять минут. Капитан с трудом поднялся с постели и направился в ванную.

Умывшись, он посмотрел в зеркало и встретил в отражении собственный недоумённый взгляд. Мгновение спустя Цзян Тин с усмешкой покачал головой, развернулся и увидел Янь Се. Скрестив руки на груди, майор прислонился к дверному косяку и несколько секунд пристально смотрел на Цзян Тина. На его красивом суровом лице появилась улыбка.