Книга Сквозь облака. Том 3, страница 11 – Хуай Шан

Господин Янь подхватил палочками кусок яичницы с помидорами и вздохнул:

— Цуйцуй, ты глянь, какая красота! А какой аромат! Я такой вкусной яичницы в жизни не пробовал!

От избытка чувств Цзэн Цуйцуй наговорила много лишнего, чем изрядно смутила Цзян Тина. Пока капитан прятал лицо за ладонью, Янь Се бросил на него довольный взгляд, встал из-за стола, взял из бара бутылку и наполнил рюмку отца.

— Ты стал совсем взрослым, – залепетал растроганный господин Янь. – Усердно трудись, живи достойно, ты меня понял?

Майор поднял рюмку:

— Понял.

Цзэн Цуйцуй взяла Цзян Тина за руку:

— Раз уж вы двое живёте под одной крышей, то должны поддерживать друг друга. Не ссорьтесь, не деритесь, хорошо?

«Как будто мне по силам побить Янь Се… Да и кто в здравом уме станет нападать на человека, давшего ему еду и кров?» – подумал капитан, а вслух произнёс:

— Конечно.

Глаза госпожи Цзэн Цуй вдруг наполнились любовью, точно обессилевшая после родов мать взглянула на появившееся на свет дитя.

— Что ж, давайте выпьем! – Господин Янь похлопал сына по плечу, поднялся, налил жене и Цзян Тину по полбокала красного вина и довольно оглядел стол и собравшихся за ним. – Всё на своих местах, настоящая семейная идиллия! Прекрасно, просто прекрасно!

Они подняли бокалы. Тёплая атмосфера окутала каждый уголок гостиной.

Чтобы угодить жене, господин Янь долгое время воздерживался от спиртного, поэтому теперь, когда наконец подвернулся достойный повод выпить, пустился во все тяжкие. Стол ещё ломился от еды, а отец с сыном уже почти расправились с бутылкой маотая^[2]. Янь Се, который обычно на службе не мог себе позволить лишнего, этого хватило за глаза, но душа господина Яня требовала продолжения. Он уже порывался споить Цзян Тина, но тут ему в ногу больно впился острый каблук, как по волшебству разгоняя хмель в голове.

— Нет-нет, – спохватился Янь Се и оттолкнул руку отца. – Здесь больше пятидесяти градусов, у него слабое здоровье, ему нельзя. Давай лучше я! – И, не дожидаясь ответа, залил в горло остатки маотая.

— Тебе тоже хватит! Весь в отца, яблоко от яблоньки!..

Цзэн Цуйцуй с отвращением дёрнула мужа за воротник и с грохотом опустила бокал на стол. Цзян Тин попытался собрать грязные тарелки, но она властным движением усадила его обратно на стул и вызвала помощника, чтобы навёл порядок.

Между тем господин Янь всё никак не унимался, он жаждал пропустить по паре рюмок с товарищем сяо Лу, но жена за ухо вытащила его из-за стола.

— С тебя хватит. Сын вон уже на ногах не стоит, хочешь обоих уложить?! Всё, пообедали, пора и честь знать!

Цзян Тин ринулся в прихожую переобуваться:

— Я вас провожу!

Майор, развалившись на стуле, большими глотками осушил чашку остывшего чая и пробормотал:

— Я… Я тоже пойду… Я в-выпил с-совсем чу-чуть!

Госпожа Цзэн Цуйцуй закатила глаза. Похлопав Янь Се по щеке, она схватила Цзян Тина за руку и шагнула за порог. Её муж с сыном медленно поплелись следом.

Машина родителей Янь Се стояла возле главных ворот. Днём двор элитного жилого комплекса пустовал, и единственным нарушителем спокойствия был Янь Се:

— Эй, ма! Куда ты его тащишь? Забери лучше отца! Эй! Забери отца!

С этими словами он всучил пьяного в стельку господина Яня матери, потянул к себе Цзян Тина и закинул руку ему на плечо. Цзэн Цуй открыла дверь машины, а затем не удержалась и ткнула пальцем в раскрасневшийся лоб мужа: