Книга Дети волков, страница 5 – Вера Бук

Лето здесь, в Лестнице Иакова, короткое, этот сезон уже подходил к концу. Обычно большую часть года, за исключением пяти месяцев, в лесу лежал снег. Погожий денек, как сегодня, выпадал нечасто. Им стоило наслаждаться. Но Ревекка думала о другом. О городе, в котором никогда не была, но откуда родом был парень, передавший ей роковую записку. Она взяла ее с собой. Я видел, что она сжимала ее в ладони. Записка была сложена во много раз и успела вся пропитаться потом. Надеюсь, что текст на ней уже невозможно прочитать.

Несколько дней назад я заметил, как Ревекка и тот парень-антеннщик смотрели друг на друга. Он был несильно старше нас и не сказать, что особо привлекательный. Но в деревне у него не было конкуренции, а Ревекке просто не с кем было его сравнивать. С ним приехал его коллега – мужчина, как мне показалось, лет сорока, бородатый и пузатый, с большими пятнами пота в подмышках, которые появились еще до того, как он приступил к работе. Они поднялись на вышку и начали рассказывать о системах «Умная ферма»^[4] и «Точное Земледелие»^[5], но, когда мы все выстроились вокруг них с нашим оборудованием: лопатами, граблями и кирками – инструментами, далекими от цифровых технологий, они быстро замолчали. Мы стояли вокруг антенны, словно толпа линчевателей, наблюдая, как мужчины молча и все более нервно занимались своей работой. Работой, о которой никто из нас их не просил. Даже антенна сопротивлялась, не желая крепиться на положенное ей место, отчего рабочие потратили на возню с ней довольно много времени.

До сих пор часовня в Лестнице Иакова была самой высокой точкой региона. И вот ей стала антенна. Обгоняли ее только горы, массивные пики, возвышавшиеся на три тысячи метров над землей и всегда покрытые снегом. Поэтому часовню и выбрали для установки антенной мачты. По словам фрау Бендер, учительницы в деревенской школе, антенна должна была обеспечить интернетом все в радиусе пятнадцати километров. То, что Альменен находился как раз в озвученном радиусе, особенно радовало женщину. Мне нравилась фрау Бендер, поэтому я дал антенне маленький, крохотный шанс. Вдруг она окажется далеко не такой плохой, какой считал ее священник. Но это было до того, как парень, установивший ее, вскружил Ревекке голову.

Спустя несколько часов, когда мачта была, наконец, установлена, монтажников одолевали голод и жажда, но никто, вопреки сложившейся традиции, не пригласил их на обед или даже на бокал шнапса после работы. Эти люди были чужаками. Они были «оттуда», из города, а значит, являлись воплощением всех бед, о которых нас всегда предупреждали. Но Ревекка все равно взяла ту записку и нервно, украдкой запихнула ее в карман юбки, пока, по ее мнению, никто не видел. Остальные тем временем глазели на антенну, словно на инородный предмет. Да, именно так: там, где тишина ценится превыше всего, ей было не место.

Я смотрел на Ревекку со стороны. Могу поспорить, что в записке был указан номер телефона, и оттого она была совершенно бесполезна, ведь в Лестнице Иакова даже звонить было не с чего. Но Ревекка все равно теребила бумажку пальцами, словно та была ее билетом в новую жизнь. Она уже давно хотела уехать, и вот у нее появился шанс. Не важно, номер телефона или адрес написал ей монтажник, записка олицетворяла собой свободу и приключения, и теперь Ревекка знала, что можно было сделать. Но мне сложно было понять ее мятежный дух.