Книга Девятое зеркало, страница 20 – Елена Романова

Я неосознанно двинулась ближе, вскидывая голову. С моих губ сорвалось тихое:

— Акар…

Он стоял за плечом Эморы. Угловатые черты лица, черное одеяние и черные длинные волосы, взгляд тяжелый и мрачный… А за духом множилась армия воинов и каменных великанов. И кровопролитная война.

Я с ужасом глядела на части тел, на разбегающихся в ужасе людей, на реки крови, льющейся у ног великой Эморы.

— Что это? – прошипела, стиснув зубы.

— Великая битва, – мрачно отозвался Ха-шиир. – Ты знаешь легенду о том, как Эмора разгневалась на людей?

— Только версию, которую рассказывали нам в Иерине.

— Наша богиня захотела уничтожить людей, – произнес Ха-шиир, снова рассматривая изображение. – Она отправила армию бездушных каменных воинов, чтобы истребить человечество. Но люди испугались и призвали другого бога, Тангора. И состоялась Великая битва. Она длилась сотни лет, но ни одна из сторон не могла одолеть другую. И был провозглашен закон, что каждые десять лет люди должны биться, подобно богам, отдавая избранных воинов в Зазеркалье.

— У нас в Меясе говорят, что, если нарушить закон, грань между нашими мирами падет, и наступит конец света.

— Кто-то из Меясы пытался уклониться от обязанности идти в зеркало? – взглянул на меня Ха-шиир.

— Да. Но тех, кто пытался бежать, всегда находили. Позже, к избранным воинам приставляли охрану.

Мы задумались.

Я первой нарушила молчание:

— Мы еще слишком мало знаем об этом мире. И об этом замке.

Драгманец оставил меня одну, решив осмотреть запертые магией двери в покои Эморы, а я вернулась в свою комнату, залезла на кровать и крепко уснула. Мне снились изумрудные глаза Дериона, рассеянный свет, блуждающий в Алмазном дворце, слепящий снег и бой часов на башне. Мне снилось, что зло, по имени Акар, идет за мной… оно уже близко: кроется в тенях, стонет ветром.

Вздрогнув, я проснулась – солнце уже село, и в красноватых отблесках, вмешавшихся в горизонт, блестел нанесенный метелью снег. Еще один день подходил к концу.

Из окон библиотеки виднелся чернеющий лес. Одинокий, хмурый и совершенно безмолвный. Я вдруг вспомнила о рэйконе. Мне было горько думать, что моей зверюгой некогда мог быть живой человек: такой же, как и мы с Ха-шииром. И душа этого человека так и не обрела покой.

Я достала из сундука шапку из мягкой овечьей шерсти и теплые варежки, оделась потеплее и вышла в сад.

В небе уже вспыхнул тонкий лунный серп, обозначивший дорожку серебристого света по снежной тропе до самого колодца, в черном нутре которого скрывались тени.

В саду было на удивление тихо, даже ветер не дул.

Под ногами хрустел наст.

Я брела по вытоптанным тропинкам, обдумывая все, что удалось узнать за последние дни. Почему Тангор предал Эмору? Почему она пожелала уничтожить людей? Где она сама? О, боги, есть ли отсюда выход? Есть ли возможность разрушить проклятие, о котором говорил Дерион, и остановить часы?

На замок опустилась ночь, в небе зажглись первые звезды.

Я заглянула в черноту колодца, прислушиваясь. Почуяв мое приближение, рэйкон в камне забился, завыл, призывая меня забрать и отогреть его.

— Ну потерпи, – хмыкнула я, искренне его жалея. – Скоро все закончится.

Села на широкий бортик колодца, размышляя о том, почему Тангор спас нас, людей? И оберегает ли до сих пор?