Книга Ты пригрезилась мне, страница 8 – Наталия Романова

Не чувствовалось бы вовсе!

Однотонная, форменная футболка, синие брюки, обувь на плоской подошве, невысокая, худенькая, ладненькая фигурка – всё неважно, не имело никакого значения абсолютно, как и весь мир вокруг.

Начиная с Арктики с её льдами, животным миром и суровым климатом, Северным морским путём со всем его стратегическим значением, заканчивая представлением о собственном месте на планете Земля.

Вадим воочию видел собственный мираж. Грёзу, не дававшую ему покоя ни днём – подспудно зудящим предчувствием, ни ночью – снами.

Глаза цвета прозрачного янтаря – абсолютно мистические, нереальные. Широкие скулы на мягком овале лица, пухлые, бледные губы и совершенно белые волосы, прикрывающие плечи.

Не льняные, не любого из оттенков самого светлого блонда, а совершенно белые.

Вадим напрягся всем телом, как хищник перед прыжком, рассматривая ту, что видел. В голове искрами вспыхивали картины из многочисленных снов, когда-то забытых, а сейчас вспыхнувших яркими красками, в каждом из которых фигурировала эта девушка.

Конкретно эта. Именно она.

— Ты?! – подался он вперёд, хватая за локоть девушка, с каким-то странным удивлением отмечая, что рука эта реальна.

Не рассыпалась, как статуя из песка, не растаяла, как ледяная скульптура, не проскользнула сквозь пальцы, словно голограмма, а отозвалась человеческим теплом.

— Это ты? Что ты здесь делаешь? – повторил Вадим хрипло.

— Тебе чего надо, мужик? – ответил за него рыжий помощник капитана, с силой перехватив его руку, как раз больную.

Вадим согнулся от острой боли, громко вскрикнул, кто-то отдёрнул служивого, останавливая от дальнейшего членовредительства зычным, знакомым голосом.

— Тише, штурман, я только подлатал его. Успокойся, говорю. Дойдёт до капитана, всем мало не покажется.

— Артём, правда, не надо, – Вадим услышал голос, которым грезил не один год.

И запах почувствовал. Абрикосов.

Почему, почему абрикосов, а не сакуры?

— Успокоился? – нагнулся к нему Антон Андреевич. – Ты, парень, давай полегче. Не знаю, что тут произошло, но иди-ка ты в каюту, пока жив-здоров и при памяти.

— Кто она? – выдавил из себя Вадим, пожирая глазами женщину.

Девушку.

Реальную. Настоящую!

Не выдумку, не плод воспалённого воображения, не грёзу, а из плоти и крови. Живую!

— Светлана Богдановна, судовой врач, как и я, – было ему ответом.

— И?.. – выдохнул Вадим.

— И Светлана Богдановна идёт сейчас к себе, а ты к себе, – выдал помощник капитана.

Артём, штурман, как угодно, главное, точно имеющий отношение к той, которую мысленно уже присвоил Вадим.

Навсегда присвоил, без поправок и оговорок.

Светлана Богдановна развернулась на месте, слабо улыбнулась рыжему, отправилась прочь, кинув на прощание нахмуренный взгляд на Антона Андреевича, который удерживал Вадима.

Следом убрался сам рыжий, едва не испепелив взглядом самого Вадима и того, кто не дал убить его.

— Она реальная? – через несколько минут гробовой тишины выдавил Вадим, всё ещё не придя в себя.

— Кто?

— Грёза. Абрикосы… это всё, – пробормотал в ответ, не в силах сформулировать ответ.

Да если бы прямо сейчас перед ним появился марсианин или Лея Органа-Соло во плоти, он бы меньше был ошарашен!

— Головушку бы вам проверить, Вадим Максимович… – внимательно разглядывая подопечного, ответил Антон Андреевич. – Давайте-ка, я вас провожу, любезный.