Книга Алый трон, страница 82 – Эми Лиоу

— Поразительная интуиция, – бормочу я.

Я не почувствовала стражников, пока они не подошли совсем близко. Неужели чувствительность Илама притупилась под дождем?

Демон возмущенно фыркает. Стало быть, нет.

— Без этого никак, учитывая, что ваш народ не доверяет деннарцам, особенно тем из них, кто шныряет в темноте. – Керан оборачивается; в лунном свет шрам на его лице поблескивает, так что я могу его разглядеть даже сквозь пелену дождя; шрам кажется еще причудливее, чем при свете дня. – Я же обещал, что нас не поймают, верно?

Что-то в том, как Керан почувствовал приближение стражников, кажется мне странным. Во-первых, у него есть орел, который сейчас кружит на приличном расстоянии. Затем крысы – может быть, у меня разыгралось воображение, но мне кажется, будто мы окружены ими со всех сторон.

Не помню, чтобы во время моего предпоследнего побега из Гханатукха на меня набрасывалось столько крыс.

Совпадение или хадон?

Несмотря ни на что, «интуиция» Керана благополучно доставляет нас к месту назначения.

Мы наблюдаем за особняком с соседней крыши; он состоит из господского дома и отдельных помещений для прислуги на заднем дворе. Над дверными проемами – искусно вырезанные изображения божеств, в основном Оруна, бога-оленя, олицетворяющего гостеприимство к странникам. Территория ухожена и чиста, ни разросшихся кустов, ни неровных участков, залитых водой. Таким и должно быть поместье кишари.

И все же кажется, что за его ухоженностью что-то скрывается – будто гладкие стены с трудом удерживают готовое рухнуть здание. Я приглядываюсь и замечаю отсутствие фонарей и облупившуюся черепицу – детали столь незначительные, что обычный прохожий никогда бы не обратил на них внимание. Но я их вижу – отчасти благодаря острому зрению Илама, отчасти оттого, что это поместье напоминает мне дом Крейды Гопала.

— Ты, вероятно, уловила, что в финансовом плане дела у этого семейства идут неважно, – странно бодрым голосом произносит Керан. – Увы, не все кишари богаты.

— Чандри живет здесь? – спрашиваю я.

Он поднимает глаза вверх и оставляет мой вопрос без ответа.

— В любую минуту.

— О чем ты говоришь?

— Ты узнаешь, где Чандри, с минуты на минуту.

Как только эти слова слетают с его губ, в окне вспыхивает свет, зыбкое и эфемерное дрожание пламени свечи. За окном мелькают силуэты. Я напрягаю слух, но я слишком далеко, и даже Илам не может разобрать слов.

Свет исчезает, появляется в других окнах.

Главная дверь распахивается.

У меня пересыхает во рту. Кто-то появляется в проеме, подол сари волочится по полу.

Седые волосы женщины серебрятся в лунном свете, а ее спина согнулась под тяжестью лет. Появляется вторая фигура – хрупкий старик обнимает женщину за плечи, поддерживая ее, хотя и сам не слишком крепко стоит на ногах. Они жмутся друг к другу у дверного косяка, защищая глаза от дождевых брызг.

Это Чандри?

— Пошли, – говорит Керан и, не моргнув глазом, спрыгивает с крыши.

Проглотив проклятие, я следую его примеру, с хлюпаньем приземляясь и едва не подворачивая лодыжку. Керан даже не оборачивается.

— Что ты творишь? – шиплю я, а он направляется прямо к паре. – Есть у них финансовые проблемы или нет, это земля кишари…

— Прекрасный вечер! – восклицает Керан, махнув рукой. – Рад видеть вас обоих в добром здравии.