Книга Всадник дракона, страница 158 – Таран Матару

Какое-то время они сидели в тишине.

— Тогда до завтра, – сказала Фрида.

Джай остался наедине с Уинтер. Где-то позади них спал легион. Впереди тянулся их путь, которому не было видно конца.

А сверху… сверху их выискивали стражники.

Руфус сдержал свое обещание – на следующий день тренировка стала еще болезненнее. Восторг Джая постепенно угас; синяки на лице, благодаря целительной силе маны, начали исчезать. Юноша снова и снова поднимал свой уже заточенный меч, надеясь показать Руфусу, на что он способен.

Джай постепенно совершенствовался. По крайней мере, так говорил его наставник. Боль была мощным мотиватором, а юноша испытывал здоровый страх перед ударом стареющего воина. Тем не менее к концу тренировки Руфус остался цел и невредим, а у его ученика появились новые синяки, ушибы и несколько свежих порезов в придачу. Чтобы добавить к травмам унижение, здоровяк провел остаток дня, обтесывая свою палку и жалуясь на то, что от удара о голову Джая на ней появились новые занозы…

Если Руфус и беспокоился о том, что произошло со стражниками, он об этом не упоминал. Лишь его взгляды в небо показывали, что он помнит об этом событии.

Теперь, спустя почти две недели после того, как они покинули «Феникс», все казалось рутиной.

К вечеру остановились на ночлег. Джай, поморщившись от боли, устроился у костра. Фрида тихо сопела рядом, а Руфус ворошил угли и помешивал еду в котелке.

— Все в порядке, парень? – тихо спросил здоровяк. – Ты все время молчишь.

Джай в замешательстве поднял взгляд. Он посмотрел на огонь, плохо соображая от усталости.

— Ты учишься быстрее, чем раньше, – продолжил Руфус. – Продолжай в том же духе, и когда-нибудь из тебя получится неплохой воин.

Джай почувствовал, как щеки вспыхнули от редкого комплимента, и заикаясь поблагодарил здоровяка – он и не подозревал, как много значила для него скупая похвала этого человека.

— Я… – Он помолчал, пытаясь вежливо сформулировать вопрос. – Я очень благодарен за обучение владению мечом. Но мне никогда не стать хорошим воином, если я не буду накапливать ману. Я всегда ее расходую, хочу того или нет.

— Да, это факт, – ухмыльнулся Руфус.

— Так как же мне ее накопить? – спросил Джай.

Бывший стражник глубоко вздохнул, затем в последний раз помешал рагу и снял котелок с углей, чтобы еда остыла.

— Закрой глаза.

Джай повиновался, стараясь не выдать волнения. Он сделал долгий и глубокий вдох, позволяя разуму погрузиться в то эфирное состояние, когда мир превращался в призрачное золото, а его внутренняя сущность обнажалась перед ним самим.

Внутри билось сильное сердце. Кровь пульсировала по венам. А в центре его существа, где обитало ядро, была пустота.

Ядро парило. Но в нем было пусто, за исключением крошечной капли маны на дне.

— Вдохни ману, – сказал Руфус.

Его голос звучал медленно и казался эхом.

Джай подчинился указанию, сделав глубокий вдох. Затем еще один, и еще.

Медленно, частица за частицей, мана проникала в него. Следуя по своим путям, разделяясь и сливаясь в потоке золотого света. Превращаясь в жидкость, успокаивающе растекавшуюся по телу.

— Найди ритм, – прогремел голос Руфуса. – Не хватай ртом воздух. Дыши глубоко, медленно и размеренно. Расширяй стенки ядра в такт с каждым вдохом.

Джай так и сделал – и от изумления едва не потерял концентрацию, когда поток маны ускорился. Так просто! Он слушал Руфуса, жадно впитывая каждое слово.